Джулиан!

Мера мчалась по последнему отделению, тревога бушевала в её душе. Потеряв так много, она спасла хотя бы одного человека.

Джулиан должен быть в порядке. Он просто обязан.

Эмма стояла за дверью его палаты, наблюдая за ним через стекло. Вампирша выглядела уставшей, её щёки впали, что было странно, ведь вампиры не нуждались в большом количестве сна.

— Грин мертва! — победоносно объявила Мера.

— Я знаю. Инфекция исчезла.

— Значит, он уже очнулся?

Эмма мрачно сжала губы. Опустив подбородок, она кивнула в сторону палаты. Джулиан неподвижно лежал на больничной койке, его тело было укутано в плотные простыни. Рядом тихо пищал монитор, отображая жизненные показатели.

Ноги Меры ослабли, словно невидимый питон сжал её лёгкие.

— Подожди, это невозможно. Я убила Грин. Джулиан должен быть в порядке.

— Он свободен от её сущности. — Эмма прислонилась к оконной раме, скрестив руки на груди. — Однако его тело было слишком слабым. Дело плохо, детектив.

Мера подвела Морган Шмид, потеряла Рут, а теперь и Джулиана. Согнувшись пополам, она попыталась сделать вдох, и слёзы защипали глаза. Возможно, она снова превращалась в сирену, потому что, чёрт возьми, она не могла дышать.

Мера подвела всех, кто был рядом, особенно самых близких её сердцу. Всех, кроме Баста. Хотя почему-то она была уверена, что и этот час настанет.

«Чёрта с два», — возразила её сирена.

Медленно приходя в себя, она шагнула в палату, и Эмма последовала за ней.

Мера остановилась рядом с кроватью Джулиана и положила дрожащую руку ему на лоб. Он был смертельно бледен, его кожа ощущалась такой холодной… тело явно было на грани того, чтобы сдаться.

— Джулс, мне так чертовски жаль. — Всхлип сорвался с её губ. — Можно же хоть что-то сделать, Эмма.

— Есть выход, но он тебе не понравится, — осторожно объяснила вампирша, наблюдая за реакцией Меры. — Если ему станет хуже, я обращу его.

— В вампира?

Эмма посмотрела на неё как на идиотку.

— Естественно.

Это было не идеально, и Джулс будет в ярости, но это лучше, чем альтернатива. Облегчение разлилось по телу Меры.

Не всё было потеряно.

— Ты будешь здесь, когда он очнётся?

Вампирша приподняла безупречно выщипанную бровь.

— А ты нет?

Взглянув на своего бывшего напарника, Мера нежно сжала его руку. Ей хотелось, чтобы Джулиан знал, что она была здесь, что беспокоится о нём. Но, опять же, ей придётся его покинуть.

Так много всего произошло. Так много ещё предстояло сделать.

Эмма изучала её мгновение, затем медленно кивнула.

— Я буду с ним. Он будет недоволен, что ты снова ушла. Но я останусь здесь.

— Спасибо. Ему понадобится вся помощь, которую он может получить. — Она глубоко вздохнула. — Мы только что потеряли нашего капитана.

Эмма моргнула, и в её лазурных глазах промелькнула печаль.

— Мне жаль это слышать. Рут была хорошей женщиной.

— Ты знала её?

Она кивнула.

— Надеюсь, ты убила того, кто это сделал. Мучительно.

— Я изрубила ее на куски, но это не остановит того, что грядёт. Это только начало.

Вампирша уставилась на неё, переваривая услышанное.

— Изрубила, значит? Никогда бы не подумала, что ты на такое способна. Что ж, тогда… — Она коротко указала на дверь. — Иди, спаси нас всех, детектив.

Баст ждал Меру на крыше больницы.

Восход солнца окутал его мягким утренним светом, превратив в произведение искусства. Впервые после того, как весь этот кошмар с Азинором обрушился на них, Мера почувствовала себя счастливой. Такой счастливой, что он у неё есть.

Обернувшись, он раскрыл объятия.

Мера бросилась к нему, прижимаясь лицом к его сильной груди и слушая сердцебиение Баста. Она обняла его, сомневаясь, что сможет когда-либо отпустить.

Мир должен состоять только из них двоих, здесь и сейчас. В его сильных объятиях она обрела полный покой, пусть даже на мгновение.

— Я не хочу, чтобы это заканчивалось, — приглушенно сказала она, прижимаясь лицом к его рубашке.

Баст обнял ее за плечи. Конечно, он чувствовал её усталость, её печаль.