Её лицо исказилось от ужаса, на мгновение она оцепенела, будто не веря глазам. Но шок прошёл быстро. В следующее мгновение полукровка кинулась из шатра, на помощь своему Рыцарю Аминору.

Сойка спокойно посмотрела ей вслед и активировала ещё один ключ — «Покорность Подданного». И если бы полукровка не была наполовину люминалом, то он бы не сработал. Но он сработал, хоть и не совсем полноценно.

Полукровка остановилась за пару шагов до выхода, замерев на месте и тяжело дыша. Её внутренняя сила рванулась вперёд, но этого было недостаточно, чтобы противостоять напору Королевы Имаго.

— Развернись и сядь обратно, — тихо произнесла Сойка. — Иначе ты всё испортишь, сестра.

Полукровка сделала ещё одну попытку сопротивления, дёрнувшись всем телом к выходу, а потом процедила сквозь зубы:

— Ты обманула его… тва-арь…

Пришлось усилить мощь ключа.

Полукровка выгнула спину и простонала от боли, после чего наконец развернулась, осадив всю свою волю, и неторопливо подошла к циновке. Села на неё и снова посмотрела на огонь, как делала до этого.

Тем временем Глаз Циклопа продолжал передавать картинку: как монстры терзают Прометея, поваленного на спину, как отрывают куски его механической плоти, бьют его булавами, как его защита истощается…

— Уже скоро, — прошептала Сойка, не отводя взгляда.

И тут картинка начала меняться.

Циклопы, что навалились на Прометея, вдруг разом отпрянули от него. Их будто отшвырнула в разные стороны невероятная сила.

Прометей поднялся на ноги, виртуозно крутанул оружие в руках и рванул в бой. Раскрыл пасть и оскалился, как остервеневшее чудовище.

А потом начал убивать.

— Стас! Ста-а-а-ас!.. Оно начало-о-ось… — отчаянный крик Орфео оборвался.

Он так и не успел сказать, что именно началось.

Канал связи между нами исчез, и мои уши перестали слышать его голос. А ведь он сопровождал меня весь предыдущий бой. Благодаря Орфео я смог отбить множество атак — с северной башни он отлично видел долину и стал моим полевым координатором.

Но даже его помощи оказалось недостаточно.

Прометея всё-таки повалили на спину и набросились всем кланом. Циклопов было слишком много на меня одного, а теперь связь с Орфео вообще оборвалась.

Нет, тишина не наступила. Звуки боя никуда не делись: рёв гигантов вокруг, скрежет и треск истерзанного корпуса титана, гул искрящейся магии Эхо.

И мой собственный рык… рык Прометея. Совсем другой, нежели раньше: страшный до хтонического ужаса.

Это появилось из ниоткуда.

Чувство абсолютной мощи и превосходства, а ещё — нестерпимой жажды убивать и крушить, всепоглощающей до самого последнего нейрона.

Оно охватило сознание, наполнило тело, взбодрило так, что всё во мне обострилось, ощетинилось, трансформировалось, переродилось, изменилось до неузнаваемости и совершенства, будто я вдруг стал сверхчеловеком.

Но всё же мой разум оставался со мной, и я мог осознавать, что происходит вокруг. Ощущать, слышать, видеть, анализировать, принимать решения.

Капсула пилота стала тесной, деформировалась — это я почувствовал совершенно точно.

Её будто перекосило.

Белые нити нейроинтерфейса потемнели, из них полезли новые юркие отростки… всё больше и больше… что-то живое прорастало прямо в кабину пилота и заполняло её своей плотью, елозило в тёплом растворе, гладило и скребло поверхность моего проводящего костюма.

И всё это происходило прямо в тот момент, когда казалось, что всё уже кончено, что я сдохну под натиском циклопов, что они превратят меня в крошево своими булавами.

А ведь Королева говорила, что именно они пришли на смерть, но что-то не сошлось в её словах. Королева Имаго обманула нас всех. Она привела на убой не циклопов, а меня.

Меня и Прометея.

Всё человечество должно было увидеть, как мы оба подохнем.

Только была одна загвоздка: умирать я не собирался. Мне стало плевать, какой там ритуал подготовила Королева. Знал я одно: здесь либо убьёшь ты, либо убьют тебя. А будучи мёртвым я вряд ли помогу своей семье.

Какая ирония.

Поначалу я, наоборот, старался обойтись без убийства циклопов, старался изо всех сил не использовать чью-то смерть ради собственного возвышения, но мои старания чуть не стоили мне жизни.

Королева на это и рассчитывала.

Не знаю, что она вообще предполагала: возможно, что я сдохну в бою, а потом, как бог смерти, восстану из могилы, обновлённый и ещё более сильный.

А может, она хотела, чтобы титан на самом пике боя поглотил меня прямо внутри капсулы пилота, растворил мой геном в себе, забрал человеческую плоть, разум и силы мага, а потом стал чем-то сверхновым. Циклопо-человеком, грёбанным франкенштейном, который рушит любые границы Узлов и, как бульдозер, пробивается вперёд. Монстр не с моим телом, но с моим разумом, с моим мастерством, только без пилота.