— Булава!

Титан среагировал в то же мгновение. Он удивительно чутко улавливал все мои волевые импульсы, исполнял все приказы и даже слышал мои мысли. Он точно знал, чего я хочу — ещё до того, как получал приказ — поэтому был готов.

Он успел схватить упавшую булаву в тот момент, когда на нас снова обрушились циклопы.

Но как только оружие горных еннов оказалось в руке Прометея, сразу стало ясно, что оно проводит только тот вид Эхо, который наиболее силён в носителе.

У циклопов — это синее Общее Эхо, бьющее широко, тяжеловесно и наотмашь. А у меня — белое Высокое Эхо, точное, стремительное и хлёсткое, как удар кнутом.

С разворота Прометей хлестанул булавой по ногам окруживших его циклопов. Шипы, усиленные Высоким Эхо, как смертоносными иглами, пробили и прорезали всё, до чего дотянулись, а ядро навершия с хрустом выбило коленные суставы у пары ближайших циклопов.

Вибрации от оглушительного звериного рёва прокатились по долине.

Земля задрожала.

Двоих монстров скосило сразу. Подогнув ноги, гиганты повалились вниз, а там уже ждала моя булава (да, теперь это была моя булава). Я целился по глазам — удачный момент, чтобы до них достать.

От удара шипастым ядром в глаз первого циклопа меня снова окропило кровью и оглушило воплем боли, а вот второй зверь успел замахнуться и двинуть Прометея в правое плечо булавой.

Титана отшибло в сторону, впечатав в ещё одного циклопа. В ту же секунду когтистая лапа ухватила Прометея за шею, стиснула до хруста и подняла над землёй.

Ударить я уже не успел.

Руки Прометея растянули в стороны ещё двое подоспевших монстров. Теперь один держал меня за шею, причем самый крупный из клана, а ещё двое не давали двигаться. Третий же вцепился в правое предплечье титана зубами, дёрнул головой, как питбуль, и разорвал мышцы на запястье. Урод добился того, что рука Прометея разжалась и выпустила из пальцев булаву. Та упала к его ногам, а потом была благополучно втоптана в землю лапами окруживших меня чудовищ.

К распятому Прометею подошёл ещё один циклоп.

Он наклонился ниже и посмотрел глазом в оптические кристаллы титана. Эта тварь уставилась так пристально, изучающе и разумно, будто через его жёлтый глаз смотрел кто-то ещё. Будто этот кто-то мне даже сочувствует, но не может поступить иначе. Будто это он всё и устроил.

— Королева?.. — выдавил я.

В ответ циклоп открыл зубастую пасть и прорычал Прометею прямо в морду так оглушающе, что вздрогнули даже его сородичи. Сноп желтоватой слюны обрызгал титана, но снова сработало Отталкивание, и вся слюна таким же снопом ударила в морду собственного хозяина.

Это разъярило циклопа до исступления.

Он бросил на землю свою булаву, сжал лапу в уродливый кулак и вбил его титану прямо в живот, аккурат под Эхо-Реактор. Прошиб с таким удовольствием, какого от зверя не ожидаешь.

Потом ещё раз.

И если бы эта уродливая морда могла улыбаться, то уже бы сделала это. Но у циклопа вышел только кровожадный оскал.

Корпус Прометея заискрился, задребезжал, заскрежетал покалеченной бронёй, но циклоп на этом не остановился. Он размахнулся и хлестанул титана по морде правой лапой… потом левой… правой… левой… правой… левой…

От ударов голова Прометея поворачивалась то в одну сторону, то в другую, а моя капсула пилота деформировалась всё больше, нейроинтерфейс скручивал меня всё крепче, новые живые отростки почти полностью заполонили пространство, не давая шевелиться. Если бы не это, я бы уже отхватил себе сотрясение мозга от мощных ударов циклопа.

А тот всё колотил и колотил Прометея по морде.

Правой, левой, правой, левой.

Он не спешил убивать меня, а хлестал, злил и науськивал, как бойцовского пса, будто бил не титана, а лично пилота — бил по щекам и ждал, чем же я отвечу. Его мерцающий глаз всё смотрел и смотрел на меня через оптику титана.

Потом монстр ухватился за грудные пластины Прометея, дёрнул их на себя и с победным рыком вырвал их вместе с кусками биосинтетических мышц. Отшвырнул и потянулся к наплечной броне, чтобы вырвать ещё и её.

Этот ублюдок решил вскрыть меня, как консервную банку, оголить, сделать уязвимым, добраться до скелета.

Что ж, значит, этот циклоп тоже сдохнет.

— Великий Огонь, — тихо произнёс я.

Прометей откликнулся нарастающим внутренним рокотом. Он ждал этого момента с нетерпением: я придерживал повторную активацию Великого Огня до последнего — до самого критического момента.

Неудивительно, что он настал.

Красное пламя вырвалось из обеих ладоней титана, и этому не помешали даже обездвиженные руки. Два циклопа, что их держали, отпрянули от меня. Их окатило раскалённым жаром.

А потом пламя перекинулось на монстра, что держал Прометея за шею.

С рёвом гигант швырнул титана себе под ноги и поднял ногу, чтобы придавить Прометея когтистой ступнёй, встав ему прямо на спину. Но у него не вышло.

У него вообще больше ничего не вышло.

Я вбил биомеханические пальцы Прометея в изрытую землю и сомкнул их на древке булавы, втоптанной в камни. Ну а потом с разворота, прямо с низу, шибанул навершием по ступне циклопа. Только вместо Высокого Эхо моя булава вспыхнула красным Великим Огнём.