— Ну что же ты, нам тут в задних рядах ничего не слышно.

— Да-да, — поддержал его сеньор Годолини, — тут абсолютно ничего не слышно.

— Ты, кажется, сказала «да»? — осведомился Витторио.

— Да, — зло ответила женщина.

Когда все формальности были соблюдены, и Андреа с Эдерой уже собрались отойти от алтаря, Витторио воскликнул:

— Ну как же, еще не все.

— По-моему, и этого предостаточно! — выкрикнула Эдера.

— Нет-нет, так нельзя, а где же поцелуй?

— Это лишнее, — осторожно заметил Андреа.

— Нет, вы только на них посмотрите, какие скромные! — поясничая, обращался Витторио к Своим телохранителям. — Все остальное они нам показали, а простой поцелуй они изобразить не могут. Еще никогда мне не приходилось встречать столь скромных молодоженов.

— Да, дети мои,— поддержал своего благодетеля отец Леонардо,— нужно поцеловаться прямо перед алтарем.

Эдера с такой ненавистью посмотрела на Андреа, что тому сделалось не по себе. И он в этот момент проклинал и женщину, и самого себя, и мафиози, присовокупляя к ним Сальвадора Маньоли, вытащившего его в эту идиотскую поездку, которая закончилась женитьбой с собственной женой.

Мужчина тяжело вздохнул и прикоснулся губами к губам женщины и тут же отпрянул.

— Конечно, — вздохнул Витторио, — мне приходилось видеть и более страстные поцелуи, к тому же, я подозреваю, во всяком случае, сужу по звукам, в постели вы целовались куда темпераментнее.

Андреа попросил Эдеру остаться немного в стороне, а сам отошел к распятию с Витторио Паце.

— Насколько я понимаю, ты должен еще выписать чек?

— Ах, да, с какими благородными людьми я имею дело, — воскликнул мафиози, — сами напоминают о своих долгах. Да-да, мой дорогой друг, с вас причитается... — он тяжело вздохнул,— я не хочу быть крохобором — по миллиарду лир.

— Но раньше шел разговор о более крупной сумме, — заметил Андреа, доставая чековую книжку.

— Да, но мне кажется, я обошелся с вами и так довольно жестоко и было бы неприлично с моей стороны требовать еще и огромной денежной компенсации.

Чек был выписан и перекочевал в руки Витторио Паце. Тот даже не пробежав его глазами, засунул в карман пиджака.

— Мы свободны? — осведомился Андреа.

— Нет, еще одна маленькая формальность. Прошу, — Грассио подвел сеньора Давила к Эдере, а затем хлопнул в ладоши.

Открылась дверь и вошел громила с фотоаппаратом в руках.

— Улыбайтесь, улыбайтесь, — посоветовал Витторио, — и как можно более весело.

— Это еще зачем? — осведомилась Эдера.

— Ну как же, снимок на память.

— Я все равно его порву и выброшу.

— А я и не собираюсь отдавать вам снимки.

Тут Витторио поторопил фотографа.

— Быстрее, пожалуйста, я хочу, чтобы фотография попала в утренние выпуски газет.

Сердце Андреа екнуло. В сегодняшних утренних газетах должно было появиться и объявление о его помолвке с Лаурой Ланкони.

— А нельзя ли поместить его в вечернем?

— Нет, — расплылся в улыбке мафиози, — мне хочется, чтобы они оказались в одном номере — и фотография с вашей свадьбы с Эдерой и сообщение о помолвке. Я думаю, теперь тебе понятно, Андреа, почему я наказал тебя такими относительно небольшими деньгами, скорее всего, вместе с Лаурой тебе должен был перепасть большой куш.

— Да, лучше бы ты меня зацементировал, — пробормотал Андреа.

И в этот момент полыхнула вспышка, запечатлев его задумчивое лицо. Сделав еще несколько снимков, фотограф удалился.

Витторио театрально поздравил Эдеру и Андреа, а затем лично проводил их до ворот своего дома...

Небо над Римини сделалось уже серым. Где-то через час должно было взойти солнце. Андреа и Эдера шли по пустынной улице. Мужчина то и дело оглядывался в надежде поймать такси.

— Ты сейчас куда? — спросил он у Эдеры.

— Не знаю, — пожала она плечами, — мне некуда идти.

— Поехали со мной, — вяло предложил сеньор Давила, он в этот момент уже ненавидел женщину за то, что та испортила ему уже было налаживающуюся жизнь.

— Я хочу уехать отсюда, — попросила Эдера.

— Я могу тебя подвезти.

— Я подумаю над этим.

И вновь молчание, вновь серый предрассветный по-лумрак курортного города, который, устав после бурной ночи, отдыхал.

— Мне нужно заехать в одно место, я обещал...— сказал Андреа.

— Как хочешь.

— Может, тебе нужны деньги? — предложил Андреа.

— От тебя мне их не нужно.

Вскоре они добрались до оставленной сеньором Давила машины и, не обменявшись даже парой слов, сели в нее.