— Не признается, — потрясла Настя трубкой в воздухе, а затем внимательно на меня посмотрела и выпалила. — Завтра у меня прием у Эллы Николаевны. Ты поедешь со мной?

— А ты этого хочешь? — посмотрел я на нее внимательно.

— Хочу, — ответила она хриплым шепотом и кивнула, — ты ведь отец.

— Тогда не спрашивай о таких вещах, Настя. Я рядом. Всегда.

— Ладно, — улыбнулась жена, а я сжал ее тонкие пальцы, а затем поднес их к губам и нежно поцеловал. А она не отпрянула и не возразила. Наоборот, сдалась мне, прикрывая веки и тихо вздыхая.

Такая нежная. Теплая. Светлая. Моя.

Моя Кукла.

А уже на следующий день с утра мы отправились в клинику планирования семьи, где Настю вовсю нахваливала ее доктор, радуясь буквально всему, что видела: и эталонной прибавке в весе, и анализам, и цветущему виду девушки. А уж на УЗИ так вообще едва ли в ладоши не начала хлопать, поясняя нам, что беременность развивается по самому идеальному сценарию.

— Ну вы только посмотрите, какие прекрасные показатели. Сердечко бьется ровно. Размеры малыша просто замечательные. Глядите, он у вас уже весит целых триста грамм! В длину все двадцать пять сантиметров. А сердечко-то как ритмично бьется — сто сорок восемь ударов в минуту. Хотите послушать?

— Конечно, — в унисон ответили мы врачу, и тут же по кабинету разлилось быстрое стучание сердца моего ребенка. Сильное и уверенное.

— Ну, что же, дорогие родители, я могу вас только поздравить. Ваш малыш растет так, как надо. Внутренние органы сформированы правильно. Плацента расположена высоко. Количество околоплодных вод в пределах абсолютной нормы. И еще один приятный момент — наконец-то я могу с уверенностью сказать, какого пола ваш ребенок, потому что именно сейчас он повернулся ко мне нужным местом. Ну, что, готовы?

— Да, — кивнула жена.

— Конечно, согласился я.

— Что ж, тогда с радостью спешу вам сообщить, что вы ждете девочку! Маленькую принцессу!

Настя просияла. Буквально засветилась, как начищенный самовар, и улыбнулась так лучезарно, что сомневаться не приходилось — она была бесконечно счастлива услышать эту новость.

Что же до меня?

Ну...

Я к девочке был совершенно не готов.

От слова «совсем».

Глава 33 – Белые ходят первыми

Сергей

— Слушай, Панарин, не то, чтобы я прям сильно рвался в это дело, но, чур я буду крестным, идет? — на лице моего лучшего друга и партнера по бизнесу расплылась плутоватая улыбка, а я закатил глаза и усмехнулся.

— Борзов тебя уже с этой просьбой опередил.

— Ничего не знаю. Тебе же не жалко, а мне представляешь, какая радость будет.

— Знаю я твои радости, Лисс. Фулл-хаус собрать хочешь?

— Хочу, — рассмеялся Игнат и дурашливо поиграл бровями, вообще не чувствуя по этой теме никакого стеснения. Махровая, хрестоматийная, стопроцентная блять — и он носил этот титул с честью.

— Ничему тебя жизнь не учит, старина.

— Учит, не волнуйся. Я теперь вообще самый умный и точно могу сказать, что любовная любовь — это полная хуета. Трахаться без обязательств намного прикольнее. Вот я старшую дочку Ковалевского натянул. Сейчас и к средненькой шары подкачу. А через пару лет младшую порадую.

И рассмеялся задорно, закидывая голову назад и демонстрируя мне свой идеальный белозубый оскал. Вот только в его смехе радости не было слышно, скорее застарелая скука и злость на самого себя. А я смотрел на лучшего друга и понимал, что вот эта вся писечная возня и яйца выведенного не стола. Просто Лисс непонятно кому все пытался доказать, что он живой и ему до пизды на то, что чувства прошлись по нему бетоноукладчиком.

— У Димки вроде бы как серьезные намерения, Игнат, — пожал я плечами.

— Что же он тогда эту Алису до сих пор не завалил? — поиграл желваками друг, кивая в сторону миловидной блондинки, которая прямо сейчас о чем-то говорила и смеялась с моей женой. Спелись девочки. За последний месяц не разлей вода стали. До такой степени, что Настя предложила Ковалевской стать крестной для нашей дочери, а та согласилась.

Я не возражал, но вот по поводу второй кандидатуры имел определенные сомнения. Где это видано вообще, чтобы таким особенным статусом награждать первых мудаков столицы? Это ведь даже звучало смешно.

Игнат Лисс — крестный пала. Ну, точно!

Кишки же можно порвать!

— Осади, Лисс, — похлопал я друга по плечу. — Если Борзов перед тобой не отчитался, это еще ничего не значит.

— Даже так? — дурашливо и ничуть не расстроившись, поиграл бровями это прохвост, а я рассмеялся.

— Все, делай стойку на кого-нибудь другого.

— Жаль. Красивая девка, могла бы пополнить мою коллекцию, — тяжело вздохнул Игнат, а затем кивнул мне. — Но это не значит, что я сдался. И на брательника я твоего болт клал точно так же, как и на его желания. И крестным буду я. А если ты, мой хороший Сережа, против, то я пойду окучивать твою жену. Ясно?