На мой трезвый взгляд, такой исход был идеален. Black Edge стёрта в порошок, и мы наконец-то могли вернуться к своим привычным делам.

Например, мужественно высиживать номер за номером невыносимой классической музыки.

Саммер обернулась к нам с переднего ряда:

— Сейчас очередь Нун, — прошептала она.

Сидевшая рядом Аманда Лебоу тепло улыбнулась Фэй, а затем доверчиво опустила голову на плечо Саммер, настраиваясь на выступление. Девчонка поразительно быстро шла на поправку после пережитого ада. Инайя лично курировала её реабилитацию, снимая приступы ночных кошмаров и посттравматический синдром. Приёмная семья Аманды едва сводила концы с концами и не могла потянуть счета частных психотерапевтов, а пока бюрократический аппарат выделит государственные субсидии или добьётся компенсаций, пройдут годы — поэтому Чёрный Клык молча взял все медицинские расходы на себя. Но Аманда была сильной. Она со всем справится.

Посмотрев на тёмную макушку Аманды, Фэй наклонилась к моему уху:

— Фабиан всё ещё в Сейлеме?

Ситуация с Фабианом была… запутанной. Он толком ничего не объяснял, но после рейда на Black Edge переменился до неузнаваемости. Джунипер вывернулась наизнанку, пытаясь выпытать у него, какая муха его укусила, но натыкалась лишь на глухой, остекленевший взгляд.

Окончательную разгадку я получил в тот день, когда Саммер пригласила Аманду в наше логовище, и они нос к носу столкнулись в Атриуме. Девушка искренне шагнула к нему, желая поблагодарить за участие в её вызволении… и парень удрал с поджатым хвостом. В самом буквальном смысле: перекинулся за долю секунды, напугав гостью до полусмерти, и позорно растворился в чаще леса.

Так что духи рассудили в точности как я, решив намертво заткнуть Фабиану его длинный язык. Порой мне чертовски хотелось не быть настолько правым.

И всё же я прекрасно понимал корень его паники — и дело было вовсе не в страхе перед истинной связью. Все эти сказочки о «неготовности к узам» — обычная чушь, которой мы все тешим себя, пока гром не грянет. Любые протесты мгновенно сгорают дотла под тяжестью истинного притяжения и животной жажды быть рядом со своей парой.

Но Аманде Лебоу было всего пятнадцать. А Фабиану — двадцать четыре.

Так что…

— Он задолжал услугу Сайласу Мэрроу и задержится там на какое-то время, — тихо ответил я Фэй.

Моя пара тяжело вздохнула:

— Мне его жаль.

— Сам разберётся.

Я ни капли не сомневался в исходе: духи никогда не ошибались. Я перехватил узкую ладонь Фэй, коснулся губами костяшек её пальцев и приготовился к новой порции изощрённой слуховой пытки, когда Нун наконец вышла на сцену с виолончелью.

Глава 55

Фэй

Дети? Ну, мне кажется, это слишком предсказуемый вопрос к женщине за тридцать — успешной и независимой. Вам так не кажется, ребята? Нет, у меня нет планов становиться матерью в ближайшем будущем. Но если этому суждено случиться… Да, разумеется, я научу её танцевать.

Из интервью КАНОН МИНАГАВЫ прессе за два года до гибели

Я медленно опустилась в горячую воду, и с моих губ сорвался сдавленный стон.

Майка перегнул палку. Сегодня он наконец-то выпустил наружу всю дремавшую внутри желчь, всё то застарелое злорадство, которое так усердно пытался скрывать, и добился своего: я не могла даже веком пошевелить без ощущения, будто мышцы вот-вот сведёт судорогой.

Будь проклят он сам и весь его персональный комплекс упражнений «для шибко остроумных металюдей».

У меня болело всё — от кончиков ресниц до крошечных ложбинок между пальцами ног.

— Господи… — выдохнула я.

Дверь в ванную с грохотом распахнулась.

— Звала меня? — Взгляд Реми скользнул по водной глади, жадно цепляя каждую каплю, прилипшую к моим плечам, ключицам и шее. Мокрые пряди свисали через один край ванны, а кончики пальцев (тех самых, ложбинки между которыми сейчас умирали) задорно торчали из пены с другого. Я оккупировала ванную комнату в своей прежней спальне, потому что под душем была не в силах даже поднять руки выше головы: — Эй, о таких вещах вообще-то предупреждают заранее.

— Я думала, ты занят звонком от лейтенанта Рида.

— Я бросил трубку.

Вода шумно плеснула, когда я в изумлении прижала ладонь ко рту:

— Что? Сам? Без чьей-либо помощи?

— Кое-кто внушил Синдере, что уйти в отпуск — просто блестящая идея.

— Она была слегка на пределе.

— Я плачу ей слишком щедрое жалованье, чтобы её это волновало.

Я плеснула в него водой, щедро окатив его брюки и заставив глухо рассмеяться. Он придвинул низкий деревянный табурет, где лежали стопки полотенец, и устроился прямо у бортика. Когда его пальцы принялись лениво перебирать струйки воды на моей груди, дыхание само собой перехватило. Глаза Реми потемнели, наливаясь густым цветом сосновой хвои.