— Мы идём с запасом. Спешить некуда.

Я даже на сантиметр не сдвинулся в глубоком кресле. На коленях лежал планшет, где я вдумчиво изучал новый проект для «ТерраЛум». Обычно я перекладывал львиную долю оперативного управления компанией на нашего официального представителя — как в силу её высочайшей квалификации, так и из-за банальной нехватки времени.

Но теперь я рассудил иначе: раз уж я могу позволить себе брать паузы ради драгоценных часов наедине с Фэй, то вполне могу выкроить время и для сугубо личных проектов. А комплексная рекультивация вторичного речного бассейна Уилламетта, уходящего в глубь лесов Сантиама, казалась воплощённой эротической фантазией любого инженера-эколога.

Первая фаза потребует почти хирургической точности — в голове роем закружились десятки мыслей. Предстоит проанализировать сезонные колебания стока, зоны береговой эрозии, температурные градиенты воды…

— Хм-м…

Моё сердце едва не остановилось, когда дыхание Фэй обожгло кожу совсем рядом. Она снова подкралась абсолютно бесшумно.

— Ради всего святого, не делай так больше.

— Какие симпатичные закорючки.

— Это чертёжная графика. Инженерная дисциплина в университете.

Она обняла меня за шею со спины и ласково поцеловала в край подбородка. Тёплая волна мгновенно разлилась по моим венам.

— Мне нравится. Берись за проект.

— Вот как? И ты даже понимаешь, о чём здесь речь?

— Мне совершенно всё равно, пока это заставляет твоё лицо светиться таким редким миром и удовлетворением.

Я буквально растаял. Заблокировав экран планшета, я сгрёб её в охапку и перетянул к себе на колени:

— Звучит заманчиво. — Я коснулся губами уголка её рта и неторопливо спустился к тёплой пульсирующей шее: — У меня тут есть на примете ещё парочка вещей, способных подарить мне точно такое же удовлетворение.

Я был абсолютно уверен: она не могла не почувствовать, как стояк наливается тяжестью, упираясь ей в бёдра.

— Даже не надейся: я прекрасно вижу, к чему ты клонишь.

— Понятия не имею, о чём ты.

Она гибко выскользнула из моих рук, поднимаясь на ноги:

— Я хочу занять хорошие места в зале, к тому же Нун лично просила меня провести разведку боем среди её конкурентов.

— Ты про тех пятнадцатилетних сопляков из музыкального кружка школы «Уилла»?

— Они настоящие социальные пираньи. Особенно эта мерзкая Роза.

— Ты проводишь слишком много времени с близняшками.

— Они помогают мне наверстать упущенную юность. Я побежала надевать линзы! — Она звонко хлопнула в ладоши и метнулась к выходу, как обычно даже не замечая двусмысленности своих реплик: — Сегодня ночью я стану беспощадной охотницей за фальшивыми нотами!

Осенний концерт оказался ровно настолько чудовищным, насколько я и предполагал. Родня Нун оккупировала добрых три зрительских ряда, привлекая косые взгляды всего зала. И хотя школа «Уилла» славилась инклюзивными программами интеграции, столь внушительную стаю хищников на школьных утренниках видели нечасто. А если кто-то и заподозрил неладное, почуяв мою альфа-тяжесть или разглядев ритуальные татуировки на лице, смельчаков подойти и спросить, не тот ли я самый печально известный Каллахан, не нашлось.

К тому же расследование против Валентина Коваленко и Black Edge оставалось горячей темой номер один во всех выпусках новостей. Следствию предстояло проделать колоссальную работу, и до реального суда пройдут долгие месяцы. В прессу уже просочилась информация о том, что Чёрный Клык и Кровавая Земля объединили усилия для разгрома подпольного объекта. Общественное мнение, как водилось, раскололось: одни превозносили беспрецедентное боевое содружество людей и оборотней, другие истошно голосили по поводу горы трупов, обвиняя нас в чрезмерной жестокости и самоуправстве.

К счастью, Вэнс сдержал слово до последней запятой, и никаких официальных претензий к стаям не возникло. На прошлой неделе, набрав нас ради формального прощания, он попутно поделился последней оперативной сводкой о Равене Моро: та по-прежнему числилась в бегах.

«Как мы и предполагали, резкий обрыв следа означает лишь одно: ей помогли уйти, — произнёс он с каменным лицом. — Мы уверены, что она успела прихватить с собой секретные файлы, не говоря уже о том, что хранится в её собственной больной башке. Мы продолжим охоту».

«Это не обязательно должно быть окончательным прощанием, — сказала тогда Фэй с неожиданной теплотой в голосе. — Если бы мы могли…»

«Наше сотрудничество и без того вышло за все мыслимые рамки, — сухо отрезал ловец. — Мой шеф и я сильно рисковали шкурами, пойдя на контакт с вами. Стаи, металюди и база «Нексо» не имеют ничего общего с задачами нашего ведомства. И, поверьте мне на слово, лучше бы всё так и оставалось».

Больше мы о нём не слышали ни слова, а номер, оставленный для экстренной связи, перестал существовать в ту же секунду.