Бейли Чарльз
Шрифт:
– Мы должны позвать их сюда с Рорбо и все объяснить.
– Нет уж, Чарли, позволь мне уладить вопрос по-своему. Я не могу оправдываться как ученик перед учителем, да еще при старых приятелях.
– Сделаем так, как я сказал,-настаивал Манчестер.
– Относительно моих взглядов ни у кого не должно быть ни малейших сомнений. Я согласен объясниться сам, но непременно в твоем присутствии.
– Чарли, ты поступаешь как любитель. Люди вроде Андерсена и Скелета тебя не поймут. Я не за себя волнуюсь, за тебя.
– Под сомнением моя честность, - отчеканил Манчестер, чувствуя, как им снова овладевает гнев.
– Честность! Ты кандидат, Чарли, и твои дела плохи. Нашел время разглагольствовать о честности!
Манчестер вскочил.
– Поскольку ты руководитель кампании по моему выдвижению, то должен четко придерживаться моей линии.
– Руководитель? Какой я, к черту, руководитель! Так, мальчик на побегушках вроде Арчи. Человек на моей должности обязан действительно вести кампанию, иметь оперативный простор, а я... Возьми, к примеру, историю с делегатами Миссисипи. От нее тебя тоже небось воротит?
– Нет, я отдаю тебе должное. Ты сделал все, что мог.
– И на том спасибо, - проворчал О'Коннел.
– А за воскресенье извини.
– Хорошо, Оби, но давай внесем в дело ясность, пока слухи не поползли дальше.
– Давай. Только не так, как это задумал ты. Пора доверить мне штурвал, Чарли. Боюсь даже, что уже поздно...
– Не думаю.
– Просто не хочешь признаться себе в этом. Ты потерял президента, проиграл в подкомиссии, от тебя отвернулась Пенсильвания. За три дня ты умудрился похудеть на сотню голосов. Меня вынудили пойти на заведомо проигрышную сделку, поделив голоса Миссисипи, потому что наша лодка течет и наверняка пойдет ко дну, если не подоспеют спасатели...
– Значит, ты отказываешься пригласить сюда Крамера и остальных?
– Господи, Чарли, да если бы помощники Линкольна слушали его команды, он ни за что не стал бы президентом. То же касается Вильсона Рузвельта и Эйзенхауэра. Робертс и его парни играют без правил, а ты даже не даешь мне развернуться! Если так и дальше пойдет, я умываю руки.
– Хочешь все бросить?
– Дай мне свободу действий. В противном случае...
– Ты уволен, Оби!
О'Коннел вскочил и ошарашенно уставился на кандидата. Он хотел было что-то сказать, но вместо этого лишь вяло развел руками и повернулся к двери.
– Чарли, - проговорил он с порога.
– Ты повредишь себе, если сообщишь о моей отставке. Лучше скажи, что у меня инфаркт и я в больнице.
Манчестер сделал несколько шагов в сторону старого друга.
– Оби!
– Нет, - отмахнулся О'Коннел.
– Без послесловий, пожалуйста!
Дверь за ним закрылась.
...Когда Арчи вошел в номер, кандидат понуро сидел в кресле и был похож на туриста, заблудившегося в чужом городе.
– Оби сказал, что вышел из игры, это правда?
– спросил Арчи. Манчестер кивнул.
– Он прав: лучше промолчать об отставке. Скажем, что Оби заболел и лежит в клинике под чужим именем, хотя не думаю, чтобы газетчики проглотили это, - с сомнением сказал Арчи.
– Кто же теперь будет руководителем кампании?
– Ты, - произнес Манчестер так, словно констатировал давно известный факт.
– Я?!
– не веря своим ушам, воскликнул молодой человек.
– Босс, но я же полный профан. Это первый конвент в моей жизни!
– Научишься.
– Манчестер устало улыбнулся.
– Нам обоим предстоит осваивать эту премудрость. И многие другие в придачу. Я тебе доверяю. Это сейчас главное. В тонкости тебя посвятит Льюис Коэн и функционеры.
У Арчи было такое ощущение, словно он стоит среди обломков рухнувшего дома, растерянно гадая, где и как искать материал для ремонта. Никогда еще не чувствовал он себя таким беспомощным.
– Ну, не волнуйся, - успокоил его кандидат.
– У нас почти двое суток в запасе. Будем бороться.
– И ляжем костьми на поле брани?
– с грустной усмешкой спросил Арии. Вы еще не знаете, что сенатор Флоберг тоже бросил вас, а газеты на все голоса вопят об отречении президента?
Манчестер изменился в лице. Но тут же овладел собой.
– Что у нас дальше по регламенту?
– сухо спросил он.
– До семи часов - ничего, - ответил Арчи.
– Потом придут три делегации.
– Отмени встречи. Арчи. Я смертельно устал.
– Босс...
– Завтра, все завтра, - министр вымучил улыбку.
– Оставь меня одного. Я сейчас воображаю себя израненным рыцарем в своем замке. Поднимай мост через ров, Арчи.
Очутившись за своим заваленным бумагами столом. Арчи Дю-Пейдж немного посидел, размышляя о чем-то, затем снял телефонную трубку и позвонил в штат Нью-Гэмпшир, в маленький коттедж на берегу озера Уиннипе-соки. Джулия Манчестер спокойно выслушала рассказ Арчи о неудачах последнего дня. Она только что вернулась с пляжа и держала трубку, обмотав руку полотенцем. Струйки воды стекали по ней прямо на пол.