Шрифт:
— Караван нашли, — произнесла Алиса. — Пленных держат в подвале под старым пакгаузом. Двенадцать человек, все живы.
— Охрана? — уточнил я.
— Двадцать человек, двое магов, — отозвалась она. — Вход один, через двор. Но есть окно в подвал, со стороны воды.
— Узкое? — уточнил я.
— Для человека — да, — усмехнулась Алиса. — Для меня — в самый раз.
— Не лезь туда одна, — предупредил я.
— Я и не собиралась, — отозвалась она. — Но если начнётся штурм, я выведу людей через это окно.
Илья положил на стол свёрток с едой и развернул карту.
— За нами следят, — произнёс он. — Двое у трактира, один на крыше напротив. Ещё трое меняются у порта.
— Люди Ворона? — уточнил Бродислав.
— Похоже, — кивнул Илья. — Они не нападают. Только смотрят.
— Пусть смотрят, — произнёс я. — Пока они следят, они не стреляют.
Рынок божественных останков находился не в порту, а в старом квартале, за рыбными рядами. Туда не вели указатели, и снаружи это место выглядело как обычный складской двор. Но в магическом зрении над ним висела плотная завеса, скрывавшая то, что происходило внутри.
Я прошёл через ворота, мимо двух охранников, которые даже не взглянули на меня. Внутри было темно и пахло ладаном, воском и чем-то сладковатым, от чего першило в горле.
Рынок оказался не площадью, а длинным коридором, по обе стороны которого стояли прилавки. Торговцы сидели за ними молча, и каждый выкладывал свой товар так, будто не хотел, чтобы его видели.
На первом прилавке лежали обломки каменных статуй. На втором — стеклянные банки с мутной жидкостью, в которой плавали куски плоти. На третьем — связки пергаментов, перевязанные чёрными лентами.
— Неисполненные контракты, — произнёс торговец, заметив мой взгляд. — Каждый подписан, но не оплачен. Хороший товар для тех, кто умеет взыскивать долги.
— А если должник мёртв? — уточнил я.
— Тогда контракт переходит на его род, — осклабился торговец, показав жёлтые зубы. — Боги любят, когда долги возвращают.
Я прошёл дальше. На одном из прилавков лежала засохшая кровь аватара, собранная в маленькие тёмные лепёшки. На другом — осколки зеркала, в котором, по словам торговца, когда-то жил бог. На третьем — кусок дерева из разрушенного храма, покрытый выцветшими письменами.
— Ищешь что-то конкретное? — поинтересовался худой человек в сером плаще, возникший рядом.
— Адамантий, — произнёс я.
Человек замер. Потом медленно повернул голову, и я увидел, что у него нет левого глаза. Вместо него в глазнице сидел маленький чёрный камень.
— Адамантий не продают на прилавках, — произнёс он.
— А где продают? — уточнил я.
— На аукционе, — отозвался человек. — Но туда пускают только по приглашению.
— И кто раздаёт приглашения?
— Тот, кто владеет товаром, — человек усмехнулся. — А товаром, говорят, владеет Ворон.
Он развернулся и исчез в толпе, оставив после себя запах сырой земли. Я проводил его взглядом и заметил, как за ним следят ещё двое, стоявшие у дальнего прилавка.
— За мной хвост, — тихо произнёс я.
— Двое, — отозвалась Алиска. — И ещё один на крыше.
— Пусть идут, — решил я. — Пока они следят, они не нападают.
Я вышел с рынка и направился к порту. Хвост не отставал, но и не приближался. Люди Ворона, судя по всему, получили приказ только наблюдать.
По дороге я снова достал схему, которую принёс гонец. В магическом зрении она была не просто рисунком. Чернила, которыми её нанесли, содержали крошечные частицы металла, и эти частицы складывались в линии, повторявшие расположение моих костей. Тот, кто рисовал схему, не угадывал. Он знал.
— Откуда у него это? — произнёс я вслух.
— Не знаю, — отозвалась Алиска. — Но пахнет это не человеком.
— А чем?
— Старым, — Алиска повела ушами. — Так пахнут вещи, которые лежали в земле очень долго.
Я убрал схему. Если Ветров получил её от бога, значит, бог видел адамантий изнутри. А если бог видел адамантий изнутри, значит, он был там, когда его заливали в мои кости.
— Программа «Оружие Икс», — произнёс я.
— Что? — не поняла Алиска.
— Так называлось место, где меня сделали, — пояснил я. — В той, другой жизни. Там заливали адамантий в скелет.
— И кто-то из тех, кто это делал, теперь здесь? — уточнила Алиска.
— Или кто-то, кто видел, как это делали, — отозвался я.
Мысль была неприятной. Она означала, что Ветров не просто бандит, который нашёл редкий товар. Он был связан с теми, кто знал обо мне больше, чем я сам.
Я дошёл до порта и остановился у края причала. Вода была чёрной, и в ней отражались огни складов. Где-то внизу, под деревянными мостками, плескалась рыба.
В порту пахло сильнее: смолой, гнилой рыбой и мокрым деревом. Склады стояли рядами, и между ними сновали грузчики, матросы и торговцы. Я шёл вдоль причалов, разглядывая вывески и прислушиваясь к разговорам.