Я ещё раз посмотрел на каркас и перевёл взгляд на оболочку.

— Аркадий.

— Да?

— А если убрать отсюда секцию?

Он не сразу понял.

— В смысле убрать?

— Совсем. Крайнюю, может, две.

Я показал рукой.

— Каркас станет короче. Тогда оболочку можно будет подтянуть сюда и закрыть дыру своим же материалом.

Аркадий несколько секунд смотрел на меня.

— Ты предлагаешь разобрать хвост.

— Немного.

— Его нельзя немного разобрать.

— Сейчас проверим.

Он тяжело вздохнул и полез к соединению. Минуты две изучал болты, трогал дуги, заглядывал куда-то между направляющими. Я не торопил.

— Развалиться не должен. — наконец выдал он.

— Уже хорошо.

— Это не значит, что идея хорошая. — добавил Аркадий.

— А я и не говорил, что хорошая. Я спросил, полетит ли.

Аркадий поморщился.

— Если перенести замыкающие элементы и ничего не повредить… полетит. Наверное.

— Отлично.

— Управляться будет хуже.

— Это уже проблема будущего Сержа.

Аркадий посмотрел на меня с укором.

— Его же так долго собирали.

— Если выберемся, соберём обратно.

На этом и закончили обсуждение. Первый болт пошёл легко, как и второй, на третьем удача закончилась. Я возился с ним несколько минут, пока Аркадий не отодвинул мою руку.

— Этот не трогай.

— Почему? — нахмурился я.

— Потому что дуга сейчас упадёт.

Я посмотрел наверх и согласился с его доводами.

— Убедил.

С накладками разобрались быстро. Под ними открылись старые крепления, часть которых ещё можно было открутить без ругани. Один болт мы мучили почти десять минут. Я уже собирался приложиться сильнее, но Аркадий снова остановил.

— Там линия рядом.

Я посмотрел на него.

— Очень полезное уточнение.

— Поэтому и не трогай.

Пришлось слушаться. Хотя через полчаса я уже начал подозревать, что дирижабли собирают специально так, чтобы их невозможно было ремонтировать без неприличных слов. К счастью, неприличные слова у нас были.

Часа через два первая секция всё-таки сдалась. Последнюю дугу мы снимали вдвоём. Она неожиданно оказалась легче, чем выглядела, и я чуть не отлетел назад, когда крепление наконец отпустило.

— Всё?

Аркадий оглядел место.

— С этой всё.

На настиле уже лежала небольшая куча металла, а оболочка провисла. Я ухватился за край и потянул его к дыре. На этот раз материал сместился и края сошлись. Я даже улыбнулся.

— Смотри.

Аркадий подошёл ближе и перестал улыбаться.

— На скорости поток будет бить прямо сюда. Хвост начнёт водить. Может появиться крен. Крепления тоже будут работать неправильно.

— То есть так не полетим?

Аркадий пожал плечами.

— Один раз, может, и полетим, но недалеко

— Очень обнадёживает.

Я посмотрел на обрубленный край. Нужно было вернуть хотя бы примерную форму, а для этого дуги придётся переносить ещё дальше. Я медленно повернулся к следующей секции. Аркадий заметил это закрыл глаза.

— Снимаем ещё одну. — заключил я.

— Я так и понял. — кивнул он.

Со второй мы намучились сильнее. Там всё будто специально было собрано назло нам. Одну направляющую пришлось держать на весу, пока Аркадий возился с креплением. Под другую подложили снятую балку. Дважды останавливали работу, потому что рядом проходили какие-то линии, и оба раза Аркадий не смог толком объяснить, за что именно они отвечают. А потом направляющая сорвалась. Аркадий успел отскочить и металл грохнул по настилу. Несколько секунд мы молчали, а потом он выдал такую связку слов, что даже я впечатлился.

— Жаль, Барсик не слышит, — сказал я.

Аркадий удивлённо посмотрел на меня.

— Почему?

— Пополнил бы словарный запас.

После этого дело пошло чуть веселее. К вечеру руки уже почти не слушались. Болты я ненавидел как и скобы. К направляющим возникла отдельная неприязнь. Зато хвост понемногу снова начал походить на хвост. Идеально не совпадало ничего. Одну дугу пришлось развернуть под другим углом. Под вторую подложили пластину. Где-то отверстия совпадали, где-то нет. Аркадий первое время морщился, но потом перестал. Главное, что всё держалось.