Шрифт:
— Пока окрест патрули выпустили, ну, чтоб, стало быть, бдили, не идут ли куда танерийцы… но тут их нету, а пропасть далеконько тянется…
Далеконько и глубоконько, но это не избавляет от понимания, что где-то да эта пропасть заканчивается. Не говоря уже о том, что при современном уровне техники мост протянуть не так и сложно. И танерийцы протягивали, иначе не было бы на этой стороне боевых химер.
Чтоб…
Надо будет воронов создать. Чуть позже. Как в себя приду.
— А! Ещё лошадка ваша убёгла. В горы. Копытами стучала, стучала… одноглазый сперва думал, что на ней поедет. А потом поглядел поближе и передумал.
Он мне ещё тогда разумным человеком показался.
— Пешком отправился. Взял с собой два десятка, сказал, что ежели вы очухаетесь, то подле города есть очень хорошие кладбища, там много кто лежит. Вот…
Работа.
Люблю свою работу, но… я широко зевнула.
— Лежать нужно красиво! — важно заметил Карл и за невидимую нить дернул. — Лежание объекта в правильной позе оказывает благоприятное воздействие на красоту отделки.
Разве что так.
— Ну а так-то спокойно. Тихо даже и скучно. Вы вот не померли, — прозвучало почти упрёком, но ответить я не успела, потому как Карл вдруг схватился за ручку и распахнул дверь, а потом решительной поступью двинулся по коридору. При этом он продолжал сматывать призрачный клубок.
— Нитки! — доносилось до меня. — Нужно больше ниток!
— А если он с лестницы сверзнется? — поинтересовался Патрик.
— Не должен. Дома не падал.
Пусть даже и уходил порой далеко. Нет, очень далеко уходил, однажды даже в лесу очнулся. Мы его и привязывать пытались, но веревки оборачивались прахом, даже крепко зачарованные, потому что маг смерти — это маг смерти. А уж когда он себя не контролирует… тогда матушка Анхен и стала ему зернышки подкладывать.
Да и отец воронов приставил, чтоб смотрели.
Вот… целителю тоже показывали.
Ну, на всякий случай. Потому что одно дело речи читать и руками махать, а другое — побеги эти вот в непонятную сторону. Наш городской целитель, с отцом знакомый, только отмахнулся, мол, не такая уж великая странность для нашей семейки. И сам по себе Карлуша здоров, бодр и весел, а остальное — это мелочи.
Перерастет.
А вот столичный, к которому батюшка обратился как раз после того случая, когда Карлуша в лес убрел, заявил, что это мозговая горячка. Хроническая. Ночного типа.
И требует изучения.
Ну и лечения, само собой.
Лечить предложил погружением в ледяные ванны и пиявками. Папенька пиявок поставил, конечно. Целителю. И в ванну со льдом его тоже засунул. Так сказать, проверяя эффективность методики, но потом у них как-то не сложилось, что ли…
А Карлуша и вправду перерос.
Сперва из дому сбегать прекратил. В доме же садился на диван и долго, страстно рассуждал о кружевах там или преимуществах цельнокройного рукава перед вставным.
Или втачным?
В общем, ворон, папенькой приставленный, его слушал и все были довольны. А к годам пятнадцати и это прошло…
Выходит, что не совсем.
Карлуша, добравшись до стены, которая выглядела глухой, замер.
— Ну вот, сейчас постоим и пойдем домой, — сказала я. И ошиблась. Братец вытянул руку и надавил на один камень. Потом на другой.
И на третий.
И в местах, которых он касался, на стене вспыхивали руны. А потом они вовсе объединились в одну большую… гномью?!
Нет, реально?
И кусок стены просто провалился внутрь. А Карлуша издал радостный вопль и шагнул в провал.
— Ух ты… — Патрик замер.
— Стоять! — успела крикнуть я, отчаянно пытаясь понять, как быть.
Следом за Карлушей в провал нырнул Лютик.
А… а потом стена вернулась.
Твою же ж!
Глава 10
Глава 10 Где всякому пациенту свой целитель
Выйдя в поле она осмотерлась по сторонам- вокруг было поле…
Кое-что об очевидном.
Орик чувствовал себя счастливым.
Странное чувство.
Нельзя сказать, чтобы вовсе незнакомое. Нет. В его жизни случались разные моменты. В том числе и приятные. Скажем, когда ему удалось победить Алий-ыхара, пусть и в учебном поединке, но все же. Он помнил это чувство — удивления и какого-то чистого восторга… и тогда даже показалось, что теперь-то все изменится, ведь он показал и доказал свою силу.
Но…
Алий-ахыр прошел обряд посвящения. А после, вызвав Орика, избил его так, что…