Шрифт:
— Очень уверенно.
— Я видела, как работают такие закладки. Ты нет.
— Ты была частью сети? — Я скрестил руки на груди.
Лидия молчала. Ксения резко повернула голову.
— Отвечай.
— Да.
— Какой частью?
— Наблюдение, подмена воспоминаний, сопровождение.
— Ты сама ставила приказы?
— Иногда.
— Убивала людей?
— Иногда.
— Сколько? — Ксения подошла ближе.
Лидия посмотрела на неё без вызова.
— Не знаю.
Ксения сжала пальцы.
— Плохой ответ.
— Другого нет. Мне не сообщали конечные результаты операций.
— Очень удобно.
— Нет. Очень страшно.
В этот момент пустой мужчина снова сделал шаг. Я поднял ладонь, но Ксения покачала головой.
— Не трать силу. Он не идёт к нам.
— А куда?
— К Дмитрию.
Тело подошло к чёрной линии и опустилось на колени. Его лицо стало меняться: кожа пошла мелкими трещинами, черты поплыли, и на несколько секунд он превратился в старика с тучным лицом и тяжёлыми веками. Потом снова вернулся к облику Дмитрия.
— Панцирь, — прошептал он.
Дмитрий отшатнулся. Внутри его сознания что-то щёлкнуло. Лидия вскочила и попыталась коснуться его, но он отбил её руку.
— Не трогай меня!
— Дмитрий, это не я.
— Я знаю!
— Тогда стой спокойно.
— Не буду!
— Ксения, сейчас.
Ксения схватила Дмитрия за плечи. Он дёрнулся, но она удержала его без особого труда.
— Андрей, не вмешивайся в его волю, — бросила она. — Только удержи пространство.
— Что именно?
— Чтобы приказ не получил выход наружу.
— Это как?
— Не знаю. Ты у нас бог.
— Человек.
— Тогда человек, который умеет делать невозможное. Работай.
Ненавижу, когда мне дают задачу без технического задания. Я посмотрел на комнату: на стены, двери, линии, серую пыль в воздухе. За каждым предметом тянулись тени вероятностей. Раньше они казались бы хаосом, теперь я видел, что большинство сходятся в одну точку. Дмитрий. Не сам Дмитрий, а его решение. Если он захочет выйти, дверь откроется. Если захочет привести Наталью, дом покажет дорогу. Если захочет принять приказ, тело у стены станет для него настоящим.
Я не стал ломать эти варианты. Просто убрал из них выход. Двери остались дверями, коридоры не исчезли, но ни один путь больше не вёл наружу.
Пустой мужчина дёрнулся. Ксения вскрикнула.
— Он понял.
— Кто?
— Тот, кто смотрит.
Лидия повернулась ко мне.
— Андрей, отпусти пространство.
— Нет.
— Ты не понимаешь, что делаешь.
— Впервые за последние десять минут это взаимно.
— Если ты удержишь контур, внешний оператор может заметить тебя.
— Уже заметил.
На стене напротив нас проступили новые слова:
ПЕРВЫЙ ПАНЦИРЬ НЕ ГОТОВ.
Ниже появилась вторая строка:
ЗАПАСНОЙ ПАНЦИРЬ: ДМИТРИЙ БОГОМОЛОВ.
Дмитрий застонал. Ксения резко прижала его голову к своему плечу.
— Команда активируется.
— Можно остановить?
— Уже нет.
— Прекрасно.
— Можно только выбрать направление.
— Какое?
Ксения посмотрела на Лидию. Та ответила:
— Наталья.
Дмитрий открыл глаза. В них снова появилась его собственная злость.
— Я не приведу её.
— Приведёшь, — прошептал пустой человек.
— Нет!
— Приведёшь.
— Нет!
Дмитрий пошатнулся. По его шее проступили тёмные линии, складываясь в незнакомый знак. Лидия побледнела.
— Это не приказ.
— А что?
— Начало переноса.
Дмитрий поднял голову и посмотрел на меня.
— Андрей, если я попытаюсь выйти, убей меня.
— Не дождёшься.
— Я серьёзно.
— А я нет.
— Ты не понимаешь…
— Понимаю. Ты хочешь, чтобы я сделал то, чего от меня добивается Краб.
Лидия вздрогнула.
— Краб?
Пустой человек улыбнулся. А потом голосом, которого не могло быть в его пустом теле, проговорил:
— Наконец-то. Она вспомнила.
Ксения замерла.
— Лидия, ты знаешь это имя?
Лидия медленно подняла глаза.
— Да.
— Кто такой Краб? — повторила Ксения.
Она посмотрела на Дмитрия, потом на меня.