Шрифт:
— Получилось, — прошептала она. — Я отделила её.
— Ты молодец, — проговорил я, прижимая её к себе. — Ты справилась.
Она слабо улыбнулась, но в её глазах читалось не радость, а страх.
— Андрей, — произнесла она, — это была не просто копия. Это был перенос личности. Кто-то хотел занять его тело.
Я посмотрел на Степана. Он по-прежнему лежал на кровати, бледный и неподвижный, но теперь его нить снова была на месте, тонкая, дрожащая, но живая. Наталья вернула его душу, отогнав чужую.
— Он будет жить? — спросил я.
— Да, — ответила Наталья. — Но он слаб. Ему нужен покой.
Я кивнул лекарю, и тот принялся хлопотать над Степаном. А я вывел Наталью из флигеля, на свежий воздух, и усадил на скамью в саду.
— Расскажи, — попросил я. — Что именно ты видела?
Она долго молчала, собираясь с мыслями.
— Когда я начала воскрешение, — заговорила она наконец, — я почувствовала, что душа Степана не просто ушла. Её вытолкнули. Кто-то оборвал его нить и попытался вставить на её место другую. Не душу, а… слепок. Записанную личность.
— Как у Краба, — подытожил я.
Наталья подняла на меня глаза.
— Ты думаешь, это он?
— Не знаю. Но это его почерк. Управление волей, перенос личности, сменные тела. Всё сходится.
Я замолчал, глядя на пепельную нить, которая всё ещё висела над имением. Теперь я понимал, что она значит. Это был не просто наблюдатель. Это был канал. Через него кто-то пытался протащить чужую личность в тело мёртвого человека.
— КРАБ работал не только с управлением волей, — произнёс я. — Он работал с переносом личности. И теперь мы это знаем наверняка.
Наталья сжала мою руку.
— Что будем делать?
— Для начала защитим остальных, — ответил я. — Тех, кто был на той вечеринке. Если Краб охотится на них, мы должны быть готовы.
Я поднялся и оглядел сад. Потоки любви и благодати всё так же тянулись отовсюду, яркие и живые. Но теперь я видел и другое: среди них, едва заметные, прятались тонкие пепельные нити. Они не были такими явными, как та, что висела над имением, но они были. И каждая из них вела к кому-то из тех, кто когда-то попал под контроль.
— Их больше, чем одна, — произнёс я. — И они уже здесь.
Ксения, появившаяся рядом, кивнула.
— Я чувствую то же самое, — подтвердила она. — Приказы без носителей. Они разбросаны по всему имению.
Мы переглянулись, и я понял, что спокойное утро закончилось. Начиналась охота. И на этот раз охотились не на меня, а на тех, кого я поклялся защищать.
Я собрал всех в малой гостиной. Аманда, Сергеевич, Ксения, Наталья, Надежда, Аива, Анжелика, Колян и лекарь, все, кто был в имении и кому я доверял. Я коротко изложил то, что мы узнали: Степан умер, его душу вытолкнули, а на её место попытались вставить чужую личность. Наталья отогнала копию, но это не значит, что угроза миновала.
— Таких нитей несколько, — закончил я. — Они разбросаны по имению. И каждая ведёт к кому-то из тех, кто был на той вечеринке.
— К шести марионеткам, — тихо сказала Надежда, и её голос дрогнул. — К тем, в кого попал порошок.
— Да. Степан был одним из них. Остальные пятеро всё ещё здесь.
— Или уже нет, — мрачно заметил Сергеевич. — Мы не знаем, сколько их осталось.
— Поэтому нужно действовать быстро, — продолжил я. — Ксения, ты чувствуешь эти нити лучше всех. Сможешь определить, к кому они ведут?
Ксения закрыла глаза и сосредоточилась. Прошло несколько долгих секунд, прежде чем она заговорила.
— Пятеро, — произнесла она. — Олеся, две свидетельницы, молодой человек по имени Гриша и ещё одна девушка. Все они в имении. И все… — она запнулась. — Все они помечены.
— Помечены? — переспросил я.
— На них стоят приказы. Спящие. Они не активны, но готовы сработать в любой момент.
— Как у Степана?
— Нет. У Степана приказ уже сработал. У этих — ещё нет. Но они на грани.
Я обвёл взглядом собравшихся. Лица были напряжёнными, но никто не паниковал. И это было хорошо. Паника сейчас была бы худшим из возможных союзников.
— Значит, так, — объявил я. — Наталья и Надежда, вы будете снимать приказы. Наталья отделяет чужую волю, Надежда возвращает людям цельность воспоминаний. Ксения указывает, где именно спрятаны команды. Сергеевич и Аманда — прикрываете. Колян — на связи, если что-то пойдёт не так.
— А ты? — спросила Наталья, поднимая глаза.
— А я буду следить за пепельной нитью, — ответил я. — Если кто-то попытается провернуть то же, что со Степаном, я должен быть готов.