Митсуко довольно улыбнулась. Она медленно откинулась на спинку кресла, наслаждаясь моментом.

— Вот теперь я слышу слова человека, который действительно хочет создать шедевр, а не просто закрыть задачу, — она перевела взгляд на директоров, и её голос стал требовательным. — Я требую закрепить за командой полное право на визуальные решения и редакторское вето. А также возможность расторгнуть контракт, если «Кимура» решит превратить мангу в рекламный буклет своих услуг. Иначе мы просто не подпишем бумаги.

Синдел Райн громко фыркнула. Она скрестила руки на груди и посмотрела на меня с таким презрением, будто я был грязным пятном на её дорогом ковре.

— Вы, кажется, слишком много о себе возомнили, — процедила она, не скрывая раздражения. — Мы ещё даже не видели финальную версию, а вы уже диктуете нам условия, как будто мы вам что-то должны.

— Мы вам ничего не должны, — Митсуко спокойно выдержала её взгляд, даже не моргнув. — Но и вы нам тоже. Поэтому давайте решим прямо сейчас: либо мы работаем на равных условиях, либо мы просто расходимся.

Я с интересом наблюдал за этой сценой. Синдел явно привыкла, что перед ней все прогибаются и заискивают, но Митсуко была из тех женщин, которые ломают людей об колено, если те пытаются на них надавить. В комнате стало очень тихо, и я почувствовал, как воздух буквально искрит от столкновения двух сильных характеров. Это было похоже на битву двух хищников, где каждый ждал, кто первый дрогнет.

После переговоров Кэори вдруг сказала, что хочет посмотреть офис «Кимуры». Она подошла к окну и уставилась на огромную башню, которая торчала посреди города, как какая-то чёрная игла.

— Слушай, я реально хочу попасть внутрь, — произнесла она, даже не оборачиваясь в мою сторону. — Мне нужно понять, как там всё устроено, чтобы потом нормально отрисовать локации. Если мы собираемся рисовать корпоративные войны, я должна прочувствовать эту атмосферу изнутри, а не гадать по картинкам в сети.

Изаму подошёл к ней сзади и встал совсем рядом, почти касаясь её плечом. Я заметил, как между ними сразу пробежала искра, ну, знаете, это то самое напряжение, когда оба хотят чего-то, но делают вид, что всё нормально. Он чуть наклонился к её уху и тихо прошептал:

— А я только «за». Если уж нам предстоит писать про войны в офисах, то лучше один раз увидеть это поле боя своими глазами, чем сто раз слышать рассказы.

Кэори быстро глянула на него. В её глазах на секунду промелькнуло что-то очень тёплое и мягкое, но она тут же отвернулась, натянув свою обычную маску холодной стервы, чтобы скрыть смущение. Она поправила очки на переносице и сделала вид, что её снова заинтересовал вид из окна.

Я стоял рядом и с трудом сдерживал смешок, глядя на эту парочку. Боже, они такие предсказуемые.

— Ну, раз вы оба так сильно этого хотите, я устрою вам экскурсию, — я усмехнулся и скрестил руки на груди. — Только чур потом не ныть, что я вожу вас по самым скучным этам, где только принтеры жужжат и люди в серых костюмах засыпают на ходу.

— Постараемся пережить этот ужас, — Изаму едва заметно улыбнулся, но в глазах у него всё ещё читался какой-то серьёзный расчёт.

Кэори наконец повернулась к нам, сложив руки на груди, и её взгляд стал более решительным.

— Надеюсь, там есть что-то поинтереснее, чем просто бесконечные коридоры с белыми стенами. Мне нужны детали, какие-нибудь странные углы или пафосные залы, чтобы добавить в арт немного жути и величия.

— О, поверь, в «Кимуре» полно странностей, — ответил я, подталкивая их к выходу. — Главное, чтобы вы там в свои чувства не слишком углубились, а то мы до конца офиса так и не дойдём.

Мы начали прогулку по «Кимуре» с самых низов, где сидят обычные сотрудники. Я вёл ребят по серым коридорам и вполголоса рассказывал, как тут всё устроено. Объяснил, что люди годами пытаются пробиться наверх, часто подставляя коллег и забывая, кем были в начале. Кэори слушала меня очень внимательно, время от времени что-то быстро черкая в своём блокноте. Изаму же было сложнее прочитать, он просто молча смотрел по сторонам, словно сканировал всё помещение и запоминал каждую мелочь.

Вдруг из одного из кабинетов буквально вылетел Эмото. Он выглядел злым и дёрганым, прямо как какой-то разъярённый зверёк.

— А вот этот тип, — я с усмешкой кивнул в его сторону, — когда-то был моим начальником. Теперь он бесится только потому, что я смог вылезти из этой ямы, а он так и остался гнить в своём кресле.

Эмото замер, услышав мои слова. Его лицо моментально стало пунцовым, а пальцы сжались в кулаки так, что побелели костяшки. Он сделал шаг ко мне, тяжело дыша, и процедил сквозь зубы: