Private-Bookers
Росомаха. Том 7
вернуться

Третьяков Андрей

Шрифт:

По площади прошёл тяжёлый шорох. Кто-то выругался. Женщина возле палатки прижала ребёнка к себе.

— Я могу разбить камень, — продолжил я. — Тогда часть людей погибнет. Могу оставить всё как есть и попытаться удержать Кречета. Тогда он получит путь к каждому имени. Поэтому старую клятву я отменяю.

Василий побледнел. Несколько старых слуг перекрестились. Иван стоял у самого колодца и не отводил взгляда.

— С этой минуты я отменяю прежнюю присягу, — произнёс я. — Как только сниму право с камня, она перестанет держать каждого из вас. Кто захочет уйти, уйдёт без наказания. Получит заработанное, заберёт личные вещи и семью. Кто останется, подпишет новый договор после того, как прочитает или услышит все условия.

— А земля? — выкрикнул мужчина из середины толпы. — Дом, который род построил?

— Дом останется семье, если он уже передан ей, — отозвался я. — Служебное жильё можно выкупить по понятной цене или освободить после срока, указанного в договоре. Никого ночью на улицу не выбросят.

— А бог? — крикнула пожилая женщина. — Росс от нас отвернётся?

Росс поднялся рядом с колодцем. Его лапы скребнули по камню.

— Если захотите уйти, не отвернусь, — рыкнул он. — Я не Кречет. Молиться вслед не заставлю.

Уголёк высунулся из жаровни и уставился на него.

Арина прочитала новый договор вслух. Медленно, без красивых оборотов. После каждого пункта делала паузу и принимала вопросы. Люди спорили о сроке ухода, плате, военной службе, наказании за кражу и праве главы отзывать выданные дары. Мы изменили три формулировки прямо на площади.

Потом я снова спустился к камню.

Сверху Арина называла имена по списку. Человек подтверждал, что хочет освободиться от старой клятвы, а я находил его запись и срезал слой собственности. Одно имя занимало несколько секунд. Иногда минуту, если клятва была старой и глубоко вошла в кровь.

После первых двадцати пальцы онемели. После сотни начала дрожать правая рука. Адамантий в костях нагрелся, по спине стекал пот, хотя в камере было холодно.

Кречет заметил работу, и толстый серебряный канал вокруг камня вспыхнул. Он держался не за имена напрямую, а за общий слой, которым род объявлял их своей собственностью. Если снять этот слой целиком, внешний ключ останется без замка. Чужая воля вошла в камеру плотным давлением. Имена засветились разом, сверху донеслись крики. Люди на площади схватились за горло, грудь и виски.

— Он тянет! — крикнула Арина.

— Держите людей подальше от колодца! — рявкнул я.

Кречет пытался активировать доступ раньше срока. Серебряный обруч сжимался, вдавливая право внешнего хозяина в каждую золотую нить.

Резать имена по одному мы не успевали, поэтому я вонзил оба комплекта когтей между обручем и камнем. Давление ударило в плечи. Колени согнулись, сапоги заскользили по мокрому полу. Серебро не было обычной магией. В нём лежало решение Старшего, закреплённое веками поклонения.

— Ты не имеешь права, — прогремел голос из камня.

— Вот право я и убираю, — процедил я.

Я не стал рвать обруч. Под ним шли жизнь, связь рода и сила Росса. Когти пришлось вести вдоль поверхности, отделяя серебро от каждого имени сразу.

Сверху доносились распоряжения Бродислава и крики лекарей. Насосы взвыли громче, вода под сапогами перестала прибывать. Железная цепь в шахте раскалилась и запахла горелой ржавчиной, значит, Лиля не позволила серебряной линии захватить ворот. Алиска прижималась к моей шее и называла места, где чужой запах становился сильнее.

— Слева, пап! Ниже! Ещё ниже!

Я повернул кисти. Серебряный обруч треснул.

Кречет надавил сильнее. Перед глазами потемнело. Из носа капнула кровь и зашипела на горячем адамантии когтя.

— Имена принадлежат тому, кто их хранит, — прогремел голос.

— Имя принадлежит человеку, — выдохнул я и раздвинул руки.

Слой собственности отделился от камня целиком.

Серебряный обруч лопнул. Удар подбросил меня к потолку, верёвка дёрнула за пояс и швырнула обратно на пол. Камера наполнилась белым светом. Тысячи имён вспыхнули и начали исчезать с поверхности.

Камень не разрушился. Золотые нити остались, но теперь каждая свободно заканчивалась в воздухе, не входя в чужое право.

Наверху стало тихо. Я поднялся, опираясь ладонью о камень. Серебряная линия Кречета почернела и осыпалась мелкой стружкой.

— Получилось, — прошептала Алиска.

— Не всё, — отозвался я, глядя на свободные нити. — Теперь они должны решить сами.

На площади ждали, но первыми ушли четверо старых слуг. Кузьма, которого едва не убила трещина, остался у лекарей, но его жена сдала ключи от кладовой. Вместе с ней ушли два конюха и пожилой писарь. Никто их не остановил. Василий выдал расчёт, Иван помог погрузить вещи на телегу.

  • Читать дальше
  • 1
  • ...
  • 44
  • 45
  • 46
  • 47
  • 48
  • 49
  • 50
  • 51
  • 52
  • 53
  • 54
  • ...

Private-Bookers - русскоязычная библиотека для чтения онлайн. Здесь удобно открывать книги с телефона и ПК, возвращаться к сохраненной странице и держать любимые произведения под рукой. Материалы добавляются пользователями; если считаете, что ваши права нарушены, воспользуйтесь формой обратной связи.

Полезные ссылки

  • Моя полка