— В следующий раз представлять будем вдвоем, — решил я. — В воскресенье же?

— В воскресенье.

— Вот и пойдем. Заодно спросим у отца Василия, нет ли каких нужд.

И поговорю, не знает ли он чего интересного о Проколе. Отцу Василию невыгодно, чтобы я сложил голову, он понимает, что благосостояние княжества и церковных приходов в нем зависит от меня. Поэтому он может выдать какую-нибудь важную информацию без того.

Наташа проводила меня до самого вертолета, мы поцеловались, она вздохнула и пошла домой, чтобы не расстраиваться от вида улетающего меня. Но я же не навсегда, я же непременно вернусь.

На вертолет я набросил незаметность, залез в него вместе с Птосом, в его мелком варианте, разумеется. Птос сразу же свернулся клубком на одном из стульев, а я залез в спальник, поскольку в сон клонило неимоверно.

— Подвинься, — неожиданно тявкнул мне в ухо Валерон. — Я с вами. Не могу же я оставить вас без присмотра.

— Когда я уходил, ему Митя еще припоминал случаи, когда Валерон что-то где-то забывал, — зевнул Птос.

— Ой, да что он там припоминал? — возмутился Валерон. — Ерунду всякую. Просто я решил полететь с Петей, как в старые добрые времена, деля один спальник на двоих, защищая его от всех опасностей ценой собственной жизни…

Он еще долго разглагольствовал, возможно всё то время, что вертолет летел к Проколу, но я не слушал, я уснул сразу одним махом, и никакой бубнеж под ухом мне не помешал. Хотя подвинуться я успел — нехорошо же будет, если Валерону не хватит места.

До очередного Совета я пару раз переночевал в вертолете и пришел к выводу, что идея была крайне неудачной. Нет, пару уровней я поднял. Казалось бы, неплохой результат, с учетом того, что идти на ту сторону нескоро, если бы не одно но. Спать вблизи Прокола оказалось решительно невозможно, начинали сниться отвратительные кошмары, которые никогда не приходили в убежищах. Но если нанести на вертолет все защитные плетения убежищ, то и смысл ночевки в зоне пропадал, поскольку воздействие оказывалось минимальным.

В результате того, что я не высыпался, я и днем ходил как вареный, голова работала с трудом, реакции были замедленными, что в моей ситуации недопустимо. Пришлось переходить на другие варианты: вылеты поглубже в зону и бои с выбиванием нужных ингредиентов. Потому что бессмысленно летать над зоной, ничего при этом не делая, было скучно. А так я еще и другие навыки повышал.

В основном я охотился на механизмусов как источник нужного мне металла, но и другими тварями не брезговал. Несколько раз мне попадались сугробни, поднявшие мой иммунитет к воздействию на разум до двадцать седьмого уровня, а мои запасы их меха — на недосягаемую для других высоту. Шкуры получались качественные, не подпаленные, не поврежденные. А что внутри из органов выходил фарш — так у всего есть минусы. Зато Жар-Птицу инженера прокачал на них до десятого уровня. Из вроде как подсобного бытового заклинания получилось великолепное боевое.

Вообще, за время прокачки устойчивости к зоне я прокачал все иммунитеты на один-два уровня: к ядам — до двенадцатого, к магии Воды — до четырнадцатого, к магии Воздуха — до пятого, к магии Огня — до четвертого, к магии Тени — до восьмого. Но лучше всего прокачался иммунитет к Скверне — сразу на семь уровней, до тридцать второго.

Интуиция выросла до сорок третьего уровня, а модифицированная удача — до пятьдесят первого. В связи с последним улучшением навыки ко мне прилипали со страшной силой. Вихрь дорос до шестьдесят пятого уровня, Водяной шар — до сто третьего, воздушный щит — до двадцать пятого, Искра, которую я и сам использовал напропалую, да еще и она сыпалась в больших количествах почти везде, стала сто пятьдесят третьего уровня. Теневая стрела от нее чуть отстала, достигнув сто сорок пятого уровня. Теневой кинжал взял сто девятый, а теневой сгусток — шестьдесят пятый.

Не подкачала и моя любимая троица: Ядовитое дыхание, ядовитый плевок и ядовитый укус опять набрали по пять-шесть уровней, заставив меня задуматься, куда их перелить. Напрашивался вариант с устойчивостью к зоне. Но она неплохо росла сама, достигнув уже сорок второго уровня, потому что лазил я по разным зонам, но с помощью Птоса забирался в самую глубину. А некоторый запас уровней мне может понадобиться для других целей. Та же убедительность очень неплохо себя показала, а она ни с кого не цеплялась, и кристаллы с ней были очень и очень редкими. Вообще, ментальные навыки, как выяснилось, были особенно необходимы. Неплохо было бы перенять навык Долгина, вызывающий симпатию. Но после беседы с ним я ничего нового не обнаружил, хотя она вполне могла считаться схваткой. Возможно, навык был из раздела Скверны, и тогда мне его вообще не суждено было заполучить. Можно, конечно, попросить что-то такое у божка, когда его навещу в следующий раз. Но сделаю я это точно не раньше того, как схожу в Прокол, а, возможно, и подорву там что-то. Бомбы лежат, использовать надо, а то вдруг испортятся? Непорядок, как сказал бы Валерон.

Получил я и множество схем и рецептов, по большей части уже у меня имеющихся, но было и пара новеньких для алхимии. И опять вставал вопрос, что с ними делать. Отдавать на сторону не хотелось, а тянуть все направления я физически не смогу. Не сможет много тянуть и Наташа. Она как-то призналась, что целительство требует много времени и магической энергии, то есть у нее вряд ли останется время даже на артефакторику, о которой она мечтала. А что уж говорить про алхимию… Может, и правда передать Прохорову? Он у нас практически член семьи, даже дом в Камнеграде выбрал близко к княжескому особняку…

Поскольку мехов получилось много и не только от сугробней, я предложил Наташе слетать на вертолете в Святославск, чтобы заказать себе чего-нибудь у того же мастера, кто уже работал с таким мехом и прекрасно себя показал. Можно даже выдать ему в качестве платы одну из шкур, чтобы не показывать, что у меня хватает денег. А так как раз нормально будет: супруг ходит в зону, чтобы обеспечивать любимую супругу мехами. А вот на обработку и пошив денег уже не хватает. И это будет нормально соотноситься с делами в моем княжестве. Нет, заплатить я тоже мог, но если мастер возьмет в оплату шкурку, это уменьшит вероятность ненужных слухов.