— Заткнись, — Кай схватил его за плащ. — Если он падёт, мы все умрём.

Эдриан вырвался, поправив воротник.

— Может, стоит рискнуть? — он бросил взгляд на палатку Лиры. — Ради такой награды…

Лира лежала, уставившись в потолок. Её пальцы дрожали, но на губах всё ещё горели слова, брошенные генералу.Живой .

Она слышала истории о нём. Железный Вардан, демон в доспехах, пожиратель душ. Но сегодня увидела другое — трещину в броне.

— Боится собственной тени, — прошептала она луне, выглянувшей из-за туч. — Значит, есть за что зацепиться…

Снаружи зашуршали шаги. Не тяжёлые, как у Кая, а лёгкие, крадущиеся.

Эдриан.

Она натянула плед до подбородка, притворившись спящей. Дверь приоткрылась.

— Спишь? — его шёпот скользнул по коже.

Она не ответила. Эдриан приблизился, его пальцы коснулись её волос.

— Ты слишком прекрасна, чтобы принадлежать ему, — прошептал он. — Он сломает тебя. А я… я бы лелеял.

Его губы коснулись её виска. Лира застыла, чувствуя, как сердце колотится в горле.

— Завтра, — Эдриан отступил к выходу. — Завтра ты будешь моей.

Дверь закрылась. Лира вскочила, вытирая лицо. Слёзы? Нет. Дождь, пробравшийся сквозь брезент.

— Завтра, — повторила она, глядя в темноту, где маячил силуэт генеральского шатра. — Но я выбираю сама.

Глава 4 Искушение

Лагерь погрузился в тревожный сон. Даже костры догорали робко, будто боясь привлечь внимание теней, что ползли от шатра генерала.

Вардан стоял на краю обрыва, вглядываясь в долину, где завтра развернётся битва. Но вместо схем атак перед глазами танцевало отражение в реке — её рука, скользящая по рукояти его кинжала.

«Что вы прячете под этой сталью, генерал?»

Он сжал виски, пытаясь выдавить голос из головы. Тьма шевелилась под кожей, как змея, учуявшая тепло.

— Не сейчас, — прошипел он, но знал — она не послушает.

Возвращаясь в шатёр, он услышал музыку. Тимпан и флейта — солдаты из южных земель устроили импровизированный праздник. Смех, топот, звон браслетов… И среди этого гула — её смех. Высокий, как звон хрусталя.

Вардан свернул к костру, не отдавая себе отчёта зачем. Лира сидела на бревне, обернутая в синий шёлк — должно быть, трофейный. Эдриан, полулёжа у её ног, перебирал струны лютни. Кай, обняв кувшин, мрачно наблюдал.

— ...и тогда принцесса сказала дракону: «Ты не страшнее моего сердца», — Эдриан закончил историю, и солдаты загрохотали.

Лира улыбалась, но глаза оставались холодными. Вардан видел, как её пальцы мнут ткань платья.

— Скажи, красавица, — Кай наклонился, задевая её плечо, — а у тебя есть дракон?

— Есть, — ответила она, глядя поверх голов на Вардана.

Он замер. Эдриан обернулся, и улыбка сползла с его лица.

— Брат! Присоединяйся! — он махнул кубком, но в глазах читалась тревога.

Лира встала, и шёлк заструился по её бёдрам. Вардан заметил, что платье слишком велико. Вероятно, Эдриан выменял у маркитантки.

— Генерал не пьёт вина, — сказала она, подходя так близко, что между ними остался лишь дым костра. — Он предпочитает… что-то покрепче.

Солдаты затаили дыхание. Вардан чувствовал, как тьма поднимается по горлу, окрашивая зрение в чёрный.

— В палатку, — бросил он, обращаясь к братьям. — Сейчас.

— Но…

— СЕЙЧАС!

Лира вздрогнула. Эдриан и Кай поднялись, бросая на неё жадные взгляды.

— Не волнуйся, мы продолжим позже, — Эдриан провёл пальцем по её запястью, прежде чем уйти.

Когда толпа рассеялась, Вардан схватил Лиру за руку.

— Ты играешь с огнём, — он дёрнул её к себе, чувствуя, как тонкие кости хрустят под пальцами.

— А вы — с лезвием, — она не пыталась вырваться. — Рано или поздно порежетесь.

Он заставил себя отпустить. Её рука осталась в его ладони на мгновение дольше, чем нужно.

—Иди спать, — повернулся он, но она схватила его плащ.

— Боитесь оставить меня одну?— шёпотом спросила она. — Или боитесь зайти ко мне?

Вардан резко обернулся. Тени сползли с шатра, обвивая его ноги.

— Ты не знаешь, о чём просишь.

— Покажите, — она сделала шаг вперёд, и их груди почти соприкоснулись. — Или вы только угрожать умеете?

Он схватил её за талию. Лира вскрикнула, но не отпрянула. Её дыхание смешалось с его. Сладкое, как забродивший мёд.

— Ты хочешь увидеть чудовище? — он прижал её к себе, чувствуя, как бьётся её сердце. — Хочешь, чтобы я разорвал тебя, как мой отец…