Private-Bookers
В темном уголке сердца
вернуться

Лисина Кони

Шрифт:

— Подожди, — я останавливаю ее, и во мне поднимается волна защиты. — Они же не говорили тебе, что именно из-за тебя у них не было больше детей?

Тишина растягивается между нами, и у меня перехватывает дыхание.

Если она скажет «да», если скажет, что собственная семья винила ее в детях, которых у них не было, я сорвусь к чертовой матери.

— Они не говорили ничего даже близко к этому, — отвечает она, и мои плечи тут же опускаются от облегчения. Но голос звучит шепотом — слабым и печальным, и мне это не нравится. — Они вообще перестали говорить о детях после рождения Лайлы. Но я помню, как они говорили о детях раньше. Наверное, я просто решила, что они хотели большую семью, а я стала причиной, по которой этого не случилось.

Она закрывает глаза, но боль в них ей не скрыть. Не от меня.

Я подвигаюсь ближе, пока моя рука не касается ее руки.

— Что? — тихо спрашиваю я, давая тот самый толчок, который, как мне кажется, ей сейчас нужен.

Мист, почувствовав ее дискомфорт, спрыгивает с дивана и исчезает в коридоре, словно дает ей немного личного пространства. Когда она сжимает губы в тонкую линию, плотно их запечатывая, и из глаза скатывается одинокая слеза, я глушу все сирены, воющие у меня в голове, и следую инстинктам.

— Мэдди, посмотри на меня.

Она открывает глаза, но взгляд не отрывает от коленей. Нижняя губа дрожит, и я на мгновение прижимаю большой палец к уголку ее рта. Я понятия не имею, что делаю, знаю лишь одно — это кажется правильным.

— Поговори со мной. Что тебя так расстроило?

— Это неважно, — шепчет она, разбивая мне сердце к чертям.

— Важно, если из-за этого ты плачешь, — успокаиваю я. — А если ты плачешь, я хочу знать почему, чтобы мы могли это исправить. А если исправить нельзя, я всегда могу сломать кому-нибудь руку или ногу.

— Джеймс! — шипит она и отшлепывает мою руку.

Я смеюсь, не ожидая этого, и зарабатываю улыбку. Оно того стоило.

— Я серьезно, Мэдди. Скажи, что не так.

Если ей кажется странным, что ее бывший физиотерапевт только что пригрозил кому-то ради нее, она этого не говорит. Она вообще ничего не говорит.

Если она не хочет говорить сейчас, я не буду ее заставлять. Никогда.

Я слишком хорошо узнаю эту боль.

Желание раскрыться, рассказать кому-то о том, что так долго разъедает сердце, и невозможность физически выдавить из себя слова.

Беспомощность, которую приносит эта невидимая нить из неуверенности, заставляющая молчать, держать боль запертой, пока не останется одна лишь темнота.

Я сглатываю далекие, но все еще кислые воспоминания. Воспоминания, которые не признавал годами. Кошмары, на которые мне не хватало смелости взглянуть — до сих пор.

До Мэдди.

И я позволяю застарелой ране в груди раскрыться, кровоточить, болеть — и рассказываю ей о том времени, когда я прошел через ад и обратно выполз уже совсем другим человеком.

— В колледже я был на пороге профессиональной карьеры в НФЛ, когда травма ноги ее оборвала.

Она ахает, и в глазах появляется тревога.

— Джеймс…

— Мне сказали, что я могу навсегда потерять подвижность ноги, если когда-нибудь снова выйду на поле, — продолжаю я, показывая, что тоже могу быть смелым. Что могу быть уязвимым. — Футбол был всей моей жизнью. Больше ничего не имело значения и все закончилось вот так. Я провалился в очень темное место и вскоре бросил колледж. Через год я вернулся, чтобы получить диплом физиотерапевта, но я потерял друзей. Я потерял…

Я туда не пойду. Не могу.

Пока нет.

А может, и никогда.

— Я потерял все, — выбираю я, и это почти правда.

— Мне так жаль, Джеймс.

Она кладет ладонь мне на колено и ободряюще сжимает, а потом отстраняется. Я тут же скучаю по ее прикосновению и ненавижу себя за это.

— Я знаю, что ты чувствуешь.

— Я знаю, что чувствуешь ты. Я знал это с самого начала. Поэтому, когда ты тогда сорвалась у меня в кабинете, я хотел помочь тебе любым способом. Я знаю, каково это, и не пожелал бы такого даже злейшему врагу. Эта боль, разочарование, злость… — я качаю головой, но ненависть к себе, которую я испытывал тогда, все еще где-то здесь. Спящая, но живая. То, как я все разрушил, как мой брат… — Я не мог позволить, чтобы с тобой случилось то же самое.

Мы снова замолкаем, пока она самым тихим голосом не спрашивает:

— Поэтому ты решил стать физиотерапевтом? Чтобы помогать спортсменам восстанавливаться после травм, когда сам не смог?

— Точно в цель, Мэдди, — я устало выдыхаю. — Точно в цель.

Она снова молчит, но недолго. Когда она заговорит в следующий раз, в ее голосе появляется искра того света, по которому я так чертовски скучал.

— Знаешь что? Я не рада, что тебе пришлось пережить такую переломную травму, но я рада, что у меня был именно ты как физиотерапевт.

  • Читать дальше
  • 1
  • ...
  • 62
  • 63
  • 64
  • 65
  • 66
  • 67
  • 68
  • 69
  • 70
  • 71
  • 72
  • ...

Private-Bookers - русскоязычная библиотека для чтения онлайн. Здесь удобно открывать книги с телефона и ПК, возвращаться к сохраненной странице и держать любимые произведения под рукой. Материалы добавляются пользователями; если считаете, что ваши права нарушены, воспользуйтесь формой обратной связи.

Полезные ссылки

  • Моя полка