Шрифт:
Но какие у меня варианты? Сказать ему, что я хочу проводить с ним больше времени, как-нибудь, потому что рядом с ним все просто и легко?
Наверняка у него есть планы поинтереснее, чем общение с девушкой на десять лет младше и с семейной драмой уровня мыльной оперы.
— Мне нужно позвонить брату, — говорю я, стараясь не концентрироваться на тепле его тела так близко ко мне. — Я должна рассказать ему о вчерашнем.
Он коротко кивает.
— Как ты себя чувствуешь из-за встречи с отцом?
Вопрос века, не иначе.
Я чувствую себя преданной, раненой, пустой, напуганной. Я чувствую столько всего, что не могу подобрать названия. Но больше всего я чувствую усталость — вот это я и говорю Джеймсу.
Мой отец много лет был призраком, а теперь появился снова, когда я была уверена, что больше никогда его не увижу.
— Но я справлюсь. Брат знает, что делать.
— Звони мне, если понадобится что-нибудь, — говорит он таким твердым и серьезным тоном, что мне хочется ему верить. Хочется верить, что он всегда будет рядом, но я не могу. — Я серьезно, Мэдди. Я напишу тебе с личного номера, чтобы он у тебя был.
Я киваю и улыбаюсь, не зная, что еще сделать. Обнять его? Он не похож на человека, который любит лишние прикосновения, а я и так уже однажды перешла эту грань.
— Я тоже рядом, — искренне говорю я. — Береги себя, хорошо?
Его взгляд пронзает мой, словно он ищет что-то, что, возможно, не найдет.
— Напиши, когда доберешься домой.
Мое сердце тает в липкую лужицу. Кроме Сэмми и Грейс обо мне так никто не беспокоился. Это приятно — чувствовать, что ты кому-то важна, но я не позволяю себе задержаться на этом чувстве.
Это никогда не длится долго. Ты сама об этом заботишься.
Поэтому, улыбнувшись и попрощавшись, я выхожу из уюта квартиры Джеймса — в последний раз.
Глава 21
Мэдди
Я переоделась в домашнюю одежду сразу, как вернулась домой, — сразу после того, как написала Джеймсу.
Я: Только что добралась. Сейчас, наверное, устрою самый длинный сон в истории человечества, лол
Через мгновение пришло сообщение с неизвестного номера. Я сразу поняла, что это он.
Джеймс: Типа вот так?
К сообщению была прикреплена фотография Шэдоу и Мист, уютно свернувшихся на его диване.
Я: Такиииие милые
Джеймс: С этим не поспоришь. Сегодня береги себя, Мэдди
Прочитав его последнее сообщение, я плюхаюсь в кровать, укутываюсь дрожащим телом в одеяла и набираю номер брата. Я не хочу этого делать, но если не наберусь смелости сейчас, знаю — не наберусь никогда.
Гудок. Второй.
— Принцесса?
Груз, который я несла слишком долго, падает с плеч в ту же секунду, как я слышу голос брата.
— Сэмми, — выдыхаю я с облегчением. Кажется, прошла целая вечность с нашего последнего разговора, а сейчас он нужен мне как никогда.
— Что случилось? — спрашивает он, и все его отцовские инстинкты включаются ровно по расписанию, как всегда.
И меня ломает.
Мой брат этого не заслужил. Он и так слишком многое пережил — начиная с матери, которая была слишком юной, когда родила его, и отца, ушедшего еще до его рождения.
Он любит меня, я люблю его, и я бесконечно благодарна за то, что росла рядом с ним. Но я все равно это ненавижу.
Ненавижу, что я — его проблема.
Когда я наконец позволю ему жить своей жизнью и перестану заставлять волноваться о младшей сестре, которая, кажется, не умеет заботиться о себе?
Слезы текут по щекам, не находя конца, и я срываюсь.
— Мэдди. Поговори со мной. — Он никогда не называет меня по имени, и от этого я рыдаю еще сильнее, понимая, что расстраиваю его. — Ты снова поранилась?
Не так, как он думает.
Он этого не ожидает. И это сломает его тоже.
Почему мы не можем просто жить спокойно? Это из-за меня?
Конечно из-за тебя.
— Пит, — всхлипываю я.
На том конце повисает оглушительная тишина, и я могу лишь догадываться, что творится у него в голове.
— Черт возьми, — бормочет он, и я слышу, как он начинает двигаться. — Подожди секунду, хорошо? Не вешай трубку.
Я слышу, как закрывается дверь, приглушенные голоса, а затем брат снова говорит: