Артём шумно выдохнул, чувствуя, как внутри всё словно сковало невидимым корсетом.

— Артём? Что с тобой? — встревожилась Анна, прижав ладонь к его груди. — Сердце заколотилось!

— С маной беда, — сквозь зубы процедил Артём. — Резерв полный, все сто двадцать единиц на месте. Но внутри ощущение такое, будто вместо воздуха в легкие залили свинец. Пространственный щит Макса отрубился, а огонь и лед теперь жрут в два раза больше сил.

Илья, сделав глоток кофе, понимающе усмехнулся:

— Добро пожаловать на Землю. Здесь эфирный вакуум. В Иномирье ты черпал ману прямо из воздуха, как из открытого колодца, а здесь сможешь рассчитывать только на свой внутренний запас. Потратишь сотню — будешь восстанавливать ее сутки на курином бульоне и сне. Анна поэтому и экономит каждую каплю: лечить биохимию в чужом теле местная физика еще позволяет, а вот файерболы в бетонных стенах крутить не даст.

— Зато Система кое-что накинула за возвращение, — Артём перевел взгляд на светящиеся золотом строки. — Два универсальных очка.

Экипировка и артефакты

«Длань Разрушителя» (левая рука): Артефакт Первых. На Земле переведен в спящий режим — сохраняет пассивную прочность металла и целостность конечности, но требует двойного объема маны для активации боевых плетений.

Трофейный ритуальный крисс: Волнистый клинок из темной стали с иномирными символами (оружие Культа Крови).

Бригантина бойца: Посечена когтями и осколками, Ремонт невозможен

Артём откинулся на кожаную спинку дивана, невидящим взглядом уставившись в мерцающие перед глазами строчки интерфейса. Два крошечных золотых кристалла — Универсальные Очки Развития — пульсировали в углу поля зрения, словно капли расплавленного янтаря.

— Система накинула два универсальных очка за эвакуацию, — негромко произнес он, растирая саднящее плечо. — На Земле это сейчас единственное, что не режется правилами базовой физики.

Анна, осторожно протиравшая антисептической салфеткой глубокую царапину у него на предплечье, замерла и подняла на него взгляд:

— Не вздумай сливать их наобум, Артём. Я свое единственное очко потратила на «Очищение скверны» только потому, что иначе тебя нечем было бы вытаскивать из токсикоза. Универсальные очки — штука редкая. Они меняют саму структуру игры.

Илья неторопливо подошел к столику, держа в руке чашку с кофе, и оперся бедром о край столешницы. Взгляд его серых глаз стал цепким, оценивающим.

— Разверни интерфейс и покажи доступные ветки, — скомандовал Илья. — У тебя сейчас три критические уязвимости. Давай разложим по полочкам, пока ты не наломал дров.

Артём мысленно активировал системное меню, выводя полупрозрачные ветви модификаций на мысленный экран.

— Первый вариант напрашивается сам собой, — уверенно начала Анна, указывая на строчку автономного контура. — Артём, сто двадцать единиц маны — в бою это мелочь, ты сам наверное убедился. Стоит тебе потратить резерв в стычке, и ты будешь восстанавливать его неделями на одном лишь сне и чае. С автономным контуром ты всегда будешь на ногах, даже если вокруг эфирная пустыня.

— Логика целителя понятна, но ты упускаешь оперативную тактику, — покачал головой Илья, кивая на левую руку Артёма. — Посмотри на эту штуку. Металл Первых сейчас для любого сканера аномалий светится как оголенный провод. Модификация Длани не просто снимет двойной штраф на заклинания — она замаскирует артефакт под нормальную анатомию и избавит тебя от риска вывихнуть плечо при первой же перегрузке.

— Но есть еще два пути, — вмешался Артём, глядя на мерцающие строчки. — Четвертый вариант — сократить откат Портала вдвое. Сутки в чужом мире — это колоссальный риск. Если бы у меня были координаты земли и меньшей откат… Двенадцать часов дают шанс выскользнуть из любой заварухи в два раза быстрее.

— Портал — это стратегия побега, — жестко парировал Илья. — А если тебя прижмут прямо на Земле? Тут на помощь приходит второй вариант — укрепление биологии. Вложить оба очка в плотность волокон. Десять единиц Силы и Выносливости в Иномирье держались на системной поддержке, а здесь мышцы уже ноют от земной гравитации. Без крепких костей и сухожилий ты ни портал не откроешь, ни Дланью не замахнешься.

Анна перевела встревоженный взгляд с экрана интерфейса на лицо Артёма:

— Илья прав лишь в одном: выбор окончательный. Четыре пути — и все критически важны. Либо ты решаешь проблему с маной, либо подчиняешь чужое оружие, либо делаешь тело неуязвимым к местным перегрузкам, либо страхуешь свои будущие переходы. Решай, Артём.