— Здорово, сосед! — из-за забора выглянула морда Лехи Длинного. — В гости?

— Ага, — согласился я. — В гости приехал.

Задача по выносу тел из дома немного усложнилась. Лёха и не думал уходить. Более того, он пытался завести со мной разговор:

— Как дела, Антон? Чем занимаешься?

На улицу вышел дед, успевший переодеться, умыться, и вообще выглядевший так, как будто ничего не случилось. Он посмотрел на соседа, буркнул вполголоса:

— Бабка спит. Но вроде ничего. Эти абреки долго еще валяться будут? Может, Анискина позвать?

— Не надо, — отмахнулся я. — Я их вывезу сейчас. Только вот что с машиной второй делать?

Дед усмехнулся:

— Нашел из-за чего переживать! Попозже вечерком отгоню её в Кутятино да и брошу на площади. Тут такое дело, — он взглянул на часы, — обед заканчивается. На работу пора.

— Да ты езжай, — ответил я. — Я их сам отвезу. А баба Нюша пусть поспит. Я её будить не хочу. Начнет брехать…

Дед согласился, направился было к своему «Уазику», но вдруг повернулся ко мне и сказал:

— А ловко ты их! Они даже пикнуть не успели. Да и меня моментом подлечил. А что они от тебя-то хотели?

— Поспрошаю их, узнаю, — хищно улыбнулся я.

Из-за этого соседа Лёхи Длинного, а также бабки Матрёны из дома напротив, что вышла посидеть на лавочке да погреться на солнышке, с джигитами пришлось повозиться.

Я по очереди выводил их из состояния «паралича», под конструктом подчинения отводил и усаживал в машину, потом снова накладывал «паралич». Последним усадил на пассажирское сиденье рядом с собой самого здорового, что тыкал в деда ножом. Пристегнул его ремнем безопасности, чтоб не вывалился.

Намного проще было бы их по очереди отволочить да загрузить в бесчувственном состоянии в багажник да в салон. Проще. Если б не любопытные глазёнки соседей.

— А это кто? — не удержался от вопроса Лёха, высматривая поверх забора, что творится у меня во дворе.

— Гости, — ответил я. — Ща купаться поедем!

— Сегодня холодно вроде, — удивился Лёха. — Куда купаться-то?

— На Белые камни, Леш, — ответил я, вспомнив комедию с Мироновым и Никулиным. — На Белые камни…

— Это куда? — не сообразил Лёха.

Я сел за руль второй машины, завел её, загнал во двор, чтоб она не «отсвечивала» на улице.

«Купаться» с группой «товарищей» я направился к Грязному омуту, самому глубокому месту речки Бахмачеевки. Туда, где раньше жил водяной, которого извел Макарыч. Впрочем, как мне напел Еремеич, там уже поселился новый водяной, но не такой вредный, как старый. Во всяком случае еще никого из местных он пока не притопил, да и скотину тоже не трогал.

Машину я подогнал поближе к воде. Первым делом вытащил из багажника джигитов, стоявших на стрёме. Начал допрос.

На вопросы, заданные под сопровождением конструктов магии Разума, соврать невозможно. Уже после допроса первого бандита я выяснил, кто за этим стоит — конечно же, Резо. Кто ж еще? Второй абрек подтвердил слова первого. И третий, и четвертый.

Интересную информацию сообщил «здоровый», как оказалось, руководитель этой всей группы, главарь банды, лицо, так сказать, приближенное к императору, то есть к Резо. Оказывается, брат Хромого Шалвы не давал команды трогать моих родственников, даже наоборот. А нападение на деда с бабкой — это полностью инициатива главаря этой банды. И с бабкой «позабавиться» своим джигитам разрешил именно он. А я начал думать про Георгия Багратиони-Мухранского нехорошее. Хотя, всё равно довести до него эту информацию в нужном для меня ракурсе стоит.

Кратенько я опросил джигитов об их отнюдь не творческой деятельности на благо отдельно взятого уголовника Резо и убедился, что не зря обозвал их бандитами. Во всяком случае, руки их главаря, то есть самого здорового, который тыкал в моего деда ножом, Нугзара в крови не по локоть, а по самые плечи. А бандиты, которые собирались изнасиловать бабу Нюшу, частенько практиковали секс без согласия жертвы, в том числе с несовершеннолетними обоих полов. Меня это, честно говоря, даже шокировало.

Судимости были у каждого, причем, даже не по одной. У Нугзара так вообще четыре, из них одно за убийство, два за грабеж и одно за хранение огнестрельного оружия.

Обнаружилась еще одна странность: Нугзар, с его слов, был «положенцем», а Резо, хоть и братом коронованного вора Хромого Шалвы, но «цеховиком».

— Я должен был присматривать за ним, — тусклым голосом пояснил он. — Охранять это да, но для виду. А так вообще присматривать. Резо хитрый человек. Очень хитрый.

Долго раздумывать я не стал. Бандитов-насильников, кстати, как оказалось, совсем не уроженцев Кавказа, а вообще пришельцев откуда-то с Карпат, отправил утилизировал их тела и души без перерождения (выдав сакральную фразу насчет посвящения жертв Моране, чем, думаю, ее немало порадовал), остальных отпустил. Правда, после определенной обработки конструктами магии Разума: приказал им забыть про меня, про деда с бабкой, а Резо помножить на ноль. Думаю, мой приказ они выполнят и достаточно быстро, потому как через два месяца у каждого должна сработать моя «закладка», что ни один врач не спасет. Кесарю — кесарево.