Он поднял на нее свои лиловые глаза.

— Вы здоровы, госпожа Эгобар. Я бы даже сказал, вызывающе здоровы.

— Я принимала все препараты, которые советуют при… нашем случае.

— Я заметил по анализам. Вы молодец, госпожа Эгобар.

— Мне подруга полгода на совесть давила.

— И правильно делала.

Целитель отложил первую папку и придвинул вторую.

— Теперь что касается вас, господин Эгобар. Анализы по Лей… здесь показатели выше средних по… вообще любой норме. Заметно выше.

— Насколько заметно? — уточнил Ардан.

— Настолько, что я подумал на ошибку лаборанта и велел пересчитать. Мы пересчитали. Плотность хранящейся в организме Лей у вас такая, что я трижды переставлял прибор, решив, что он сбоит. Усваиваемость Лей-эха… простите, Поля Паарлакса вообще зашкаливает. Даже выше, чем у меня. Признаюсь, будь мы в Тазидахиане, я бы предложил вас вскрыть и изучить.

— Это комплимент?

— Скорее, господин Эгобар, полсотни лет практики против вашего почти третьего десятка. Так что, пожалуй, завуалированное оскорбление, помноженное на легкую белую зависть, — эльф чуть шевельнул уголком рта. — С такими показателями по восприимчивости к Лей и способностям к ее накоплению, как у вас, мне кажется немного странным, что вы все еще носите Зеленый плащ, но учитывая немного характерные для определенных… сфер занятости следы повреждений на вашем теле, я предположу, что это не мое дело и мне совершенно неинтересно его касаться. Так что вернемся к делу… Ни паразитарных, ни передающих половым путем проблем у вас не обнаружено. Наследственный опрос… с отцовской стороны вы дали мне не так много информации для размышлений.

— Сколько мог.

— Что неудивительно. Но, в целом, это уже мало на что влияет.

Господин целитель сложил руки на столе и немного помолчал.

— По всем собранным данным, у госпожи Эгобар должен был появиться живот еще прошлой осенью.

За окном, где-то далеко внизу, прогудела баржа.

— Тогда почему у нас ничего не получается? — спросила Тесс.

Господин Энальвисайл перевел лиловые глаза с нее на Арда и чуть прищурил тонкие, изящные брови.

— Мне кажется, ваш супруг уже понял, — произнес он спокойным тоном. — Но я объясню сам, чтобы не осталось каких-то недомолвок.

Тесс медленно повернула голову.

Арди не отвел взгляда от целителя. Он вообще ничего не сделал. Просто молча сидел, вот только ладонь Тесс в его руке начала вдруг ощущаться совсем иначе, чем мгновением прежде.

— Арди?

— Продолжайте, — сказал он эльфу.

— Арди.

— Тесс, пусть господин Энальвисайл скажет.

Она смотрела на него еще пару мгновений. Потом отвернулась обратно к столу, и ее пальцы сжались чуть сильнее.

— Хорошо, — кивнул Энальвисайл. — Тогда по порядку.

Он поднялся, прошел к шкафу, вытянул с полки толстый том в потертом переплете и положил его на стол перед ними. Открывать не стал.

— Я многим могу помочь. Это ни в коей мере не хвастовство, а просто констатация факта. Ну и, опять же, будь это иначе, мы бы с вами здесь сейчас не сидели. Так что… окажись кто-то из вас двоих эльфом, я бы уже назвал вам три возможные причины и за квартал мы бы с вами все решили.

— А если бы орком? — безжизненным тоном спросила Тесс.

— За два, и с оговорками, — господин целитель, видимо, действительно далеко не первый раз сталкивался с подобной ситуацией, так что граничащий с хамством вопрос его никак не задел. Он относился к ним обоим с глубоким пониманием. — С дворфами тяжелее, там половина проблем завязана на пищеварении. Гоблины проще всех, они на удивление удобно устроены.

— Но?

— Но во всех этих случаях речь идет о чистокровных, — целитель постучал по обложке. — За этим томом стоят десятилетия наблюдений. Исследования. Мета-исследования самих исследований. Анализы. Поправки на индивидуальные случаи. Тысячи пар, которых мы лечили. Мы ведь не волшебники, госпожа Эгобар. Скорее, если вам будет так удобнее, обладатели очень обширной картотеки.

— А мы, значит, не в картотеке.

— Вы, к сожалению, вообще в другом здании.

Он вернулся обратно за стол.

— С полукровками все намного сложнее.

В сознании Арда прозвучал голос Гларкина из госпиталя Черного Дома:

«… как я уже говорил ранее — наукой почти не изучены организмы Первородных и, тем более, индивидуальные случаи полукровок…»

— Почему? — спросила Тесс.

— Потому что каждый полукровка уникален. Понимаете, полукровка — это ведь не половина одного и половина другого. Полукровка, простите за подобные метафоры, — эльф неопределенно помахал рукой в воздухе. — всегда что-то третье. Лей в каждом из них формируется по-своему, а как именно, учитывая наши нынешние технические возможности, вам никто, включая меня, не скажет. По итогу то, что помогло одной паре, второй не поможет вовсе. А третьей, если мы слишком поторопимся, еще и навредит. Поэтому пары с полукровками обычно не лечат, госпожа Эгобар. Сперва наблюдают. Долго и весьма занудно.

— И сколько это занимает по времени? — не сдавалась Тесс.

— Годы, — Ардан отвел взгляд в сторону.

Тесс дернулась, как от пощечины.

— Годы, — согласился эльф.

И ненадолго замолчал.

— Но все это, к несчастью, лишь первая половина беды. Есть вторая, и она заметно хуже. Господин Эгобар, вы позволите мне говорить прямо? Совсем прямо.

Ардан кивнул.

— Про эльфов у нас целые тома. Про орков ничуть не меньше. Про дворфов тоже написаны целые монографии, из которых добрая половина посвящена их легким, что, поверьте мне, вполне заслуженно, — Энальвисайл разжал руки и опустил ладони на стол. — Увы, про матабар у нас почти ничего нет. В нашем арсенале всего два военных отчета, причем оба, что характерно, о том, как матабар убивали, а вовсе не о том, как они устроены. И на этом, собственно, все.