— Почему я слышу обвинение в твоем голосе, Степан?

— Потому что это ты у нас любитель Пригорной свинины и резать глотки ошибившимся официанткам, после чего нам приходится делать крюк до лавки, чтобы ты себе купил новую сорочку.

Джейкоб оттянул борт сорочки и щелкнул пальцами по пуговице.

— Вполне неплохая, пусть и с наценкой в тридцать с лишним ксо.

— Дело не в сорочке.

— А в чем тогда, Степан?

— В том, что, возможно, именно после той официантки за нами увязался хвост.

Ард сперва не мог понять, почему мутанты все еще обсуждают свинину и загубленную ими душу, но ответ был весьма прост и безумно очевиден. Это для Арда, из-за нервов и необходимости постоянно балансировать на опасном лезвии, по обе стороны от тонкой режущей кромки которого бездонные пропасти, казалось, что миновало уже несколько дней. Что до господ Ловсли и Статского, то для них не прошло даже четверти «рабочего» дня.

Вот такая вот относительность восприятия времени.

— Я бы еще понял, Степан, если бы мы столкнулись с Креветками, но Плащи… из-за какой-то официантки… вряд ли.

— Ты разрисовал с ее помощью всю стену! — чуть прикрикнул Ловсли.

— Потому я и говорю, что выстрел в голову сэкономил бы нам куда больше времени, — вновь закольцевал разговор Джейкоб. — И, предупреждая твои замечания насчет разлета внутренностей, то можно ведь сделать проще. Подушку, вон, к голове прижать и выстрелить. Так не будет газового удара и, по идее, ничего никуда не разлетится.

— Ага, только диван все равно придется выбрасывать. Ты потом Протовскому возмещать будешь? Эта хрень наверняка куплена на каком-нибудь дорогущем аукционе и стоит безумных денег.

— Ну, у нас же чисто теоретический разговор, — немного сдал позиции Джейкоб и повернулся к Арду. — Вот ты, Алвааилил, опять же, гипотетически, как бы хотел умереть? И не надо говорить, что с девками в постели в свои… когда вас там у эльфов старость добивает… в свою тысячу лет. Я про нож и пулю. Что выберешь?

Самое удивительное, что в интонации недоделанного (или бракованного, смотря насколько хочется оскорбить как самих напарников, так и их создателей) мутанта не прозвучало ни нотки угрозы. Он действительно, совершенно искренне, интересовался мнением Арда.

— Я бы, все же, предпочел старость.

Джейкоб устало выдохнул, неопределенно помахал рукой и произнес короткое:

— Скучно, — после чего поднялся, одернул манжеты и направился к двери. — Пойдем, Алвааилил. А то, если будем слишком долго возиться, то ты останешься без выбора, а нам придется драить одно из помещений в здании.

И в этом, опять же, не прозвучало ни угрозы, ни желания запугать, ничего подобного. Джейкоб сообщал информацию таким же будничным тоном, которым на протяжении уже которого часа спорил с Ловсли о свинине, часах, граммофонах и всем том, о чем эти двое не затыкались.

— Ладно, а если бы мы использовали не нож, а стилет, — поспешил следом Ловсли и они втроем отправились по коридорам чего-то, напоминающего, с виду, офисное здание. — Если не резать по горлу, рассекая артерию и гортань, а просто ударить строго в нижнюю челюсть.

— Не знаю… может быть, Степан, тогда кровь меньше, но это тренироваться надо, чтобы сразу так… Ха! — Джейкоб резко выкрикнул и сделал жест, будто вгоняет кому-то в череп острый конус стилета. — Голова чуть влево или вправо и мы опять вернемся к тому, с чего начали. Кровища. Дерганье. Все такое.

— Второй может держать.

— Бедолага все равно вырваться попробует. Да и как-то это в принципе не гуманно, — Джейкоб покачал головой и они свернули на очередной развилке. — Ножом резать, будто козла какого-то, ну или свинью.

— Ты опять?

— Да я не про мясо, хотя, может, какие-нибудь извращенцы из квартала Ночников и не против были бы отведать свежей эльфятинки, — Статский, минуя фойе с несколькими цветочными горшками, картинами по стенам, столиками с журналами и креслами, повернулся к Арду. — Что скажешь, Алвааилил? Если бы нам, все же, пришлось тебя прикончить, ты бы хотел уйти в землю и стать удобрением для растений, или что там в религии Эльфов, или пойти на корм Ночникам? Как по мне, второе звучит как минимум более оригинально.

Может быть точно так же, как для него разговоры Джейкоба и Степана звучали абсолютно абсурдно, точно так же и его собственные беседы с Миларом, Дином, Александром и даже капралом Ровневой для всех прочих ощущались точно так же. Вся суть лишь в «немного» разных чертах профессиональной деформации.

— Эльфы не употребляют в пищу мясо, Джейкоб, — не давая ответить Арду, за что тот даже испытывал благодарность, встрял Степан. — У них же желудки, как у коров, с несколькими камерами, чтобы траву и корешки туда сюда гонять. У них даже зубы под мясо не рассчитаны.