А вот махирад Садише всё явственнее выдавала своё недовольство. Четыре месяца минуло с пинайта, а долгожданной вести о беременности так и не поступило. Терпение её истощалось, и однажды она велела призвать к себе Нину — для беседы, которую надлежало хранить в тайне.

— Есть ли у Анны проблемы с женским здоровьем? — спросила Садише прямо, без предисловий.

Нина, благодаря многолетнему опыту, сумела удержать на лице безмятежную маску. В миг она поняла, куда клонит мать Повелителя. Нельзя было допустить, чтобы та узнала: за всё это время Одаш и Анна не продвинулись в своих отношениях дальше робкого поцелуя.

— Я понимаю, о чём вы волнуетесь, госпожа, — покорно склонила голову Нина. — Но уверяю: с этим у девушки нет никаких проблем.

— Тогда почему за всё это время она всё ещё не понесла? — брови Садише сошлись в суровой складке.

Мысли вихрем проносились в голове Нины. И вдруг одна из них вспыхнула ярче прочих — хитрая, дерзкая, обещающая выгоду.

— Видите ли, госпожа, у нас уже были подозрения о радостном событии, — начала она осторожно. — Но срок был ещё слишком мал. После истории с наложницей Киарной я решила подождать немного дольше — чтобы убедиться наверняка. Это была моя ошибка. К несчастью, как раз в тот момент избранная мензина Одаша попала под горячую руку старшей наложницы. Пережитые волнения… у Анны пошла кровь.

Выдуманная на ходу история звучала на удивление правдоподобно. Не так давно одна из наложниц, проведя с Повелителем единственную ночь, возвестила о беременности, а всего через неделю стало ясно, что это была ошибка.

Садише слушала, и лицо её становилось всё мрачнее.

— Эта альгерская девка совсем не знает своего места, — прошипела она сквозь зубы. — А ты могла бы и раньше обо всём рассказать. Тогда я наказала бы её куда сильнее. Не понимаю, чем она так смогла околдовать Повелителя?

Она помолчала, сверля Нину тяжёлым взглядом, затем добавила:

— Хорошо. Я услышала тебя. Рада, что у Анны всё в порядке в этом плане. Раз получилось один раз — выйдет и другой. Передай лекарю, чтобы с этого дня начал подавать ей настойку.

— Конечно, госпожа, — снова склонила голову Нина.

В глубине души она знала: даже если не открыто, Садише непременно отыщет способ отомстить Бильшияр.

С того дня каждый вечер Анне приносили особый настой. Лекарь пояснил — для укрепления здоровья, чтобы избранная смогла зачать и выносить ребёнка. В его словах не было угрозы, лишь холодная, расчётливая забота о продолжении рода.

Нельзя было забывать и о Бильшияр.

Она выдержала наказание стойко — три дня в тёмной, сырой темнице, на хлебе и воде. Даже скандал Повелителя с махирад не спас её: весть о наказании возлюбленной взбесила Джихиньяра, но Садише стояла твёрдо. Ни угрозы, ни гнев сына не заставили её изменить решение.

Когда срок истёк, Бильшияр вернулась — с высоко поднятой головой, с взглядом, в котором не читалось ни тени унижения. Она шла так, будто не провела те дни в мраке и холоде, будто всё это было не более чем досадным недоразумением.

Тамиша следовала за матерью, как тень. Её глаза блестели — то ли от гнева, то ли от предвкушения.

А Анна готовилась.

Она знала: Бильшияр не оставит всё как есть. Не забудет позора. Не простит той, из-за которой всё произошло.

И потому каждый вечер, закрывая за собой дверь покоев Одаша, Анна мысленно повторяла: «Время идёт. Но и мы идём вместе с ним».

Предоставленная Ниной информация оказалась поистине бесценной. Словно карта неведомых земель, она открыла Анне пути, по которым можно было двигаться дальше. С её помощью избранная начала осторожно, но уверенно выбирать айширов — тех, кого можно было привлечь на свою сторону.

Её главная цель оставалась неизменной: заручиться поддержкой светлейших айширов, чтобы они признали Одаша истинным наследником престола. И среди всех возможных союзников особое место занимал айшир Дэррах Анаташ.

Первый советник Повелителя. Человек, для которого долг перед народом Аркахаллы был не пустым звуком. Он жил по принципам, высеченным в камне древних традиций, и ни разу не отступил от них. Его слово имело вес, его мнение уважали. И Анна понимала: если Анаташ встанет на их сторону, это станет серьёзным шагом к успеху.

Времени оставалось всё меньше. Часы текли, словно песок сквозь пальцы, и Анна решила — пора действовать.

***

До праздника Вознесения оставались считаные дни. В воздухе уже витало напряжение, будто перед грозой. Молодые воины, мечтавшие принять участие в Турнире, всё чаще появлялись на тренировочных площадках, оттачивая удары, проверяя силу и ловкость.

В один из таких дней на трибунах собрались знатные гости: сам Повелитель в сопровождении старшей наложницы и несколько членов Совета. Их взгляды скользили по сражающимся внизу, оценивая, прикидывая шансы.