Я душу эту мысль и заставляю себя улыбнуться. Парочка союзников мне здесь не помешает, особенно учитывая разношерстную компанию на Двенадцатидневье. Я подхожу ближе и быстро вычерчиваю ноктиметрический узор на замке, который Инквизитор установил на прошлой неделе. Уступка с моей стороны, чтобы я могла остаться в своей спальне, пока здесь гости.

— Хочешь что-нибудь одолжить? — спрашиваю я Вессику, как только мы оказываемся внутри. Сделав паузу, стягиваю сапоги и бросаю их у камина.

— Я обойдусь. — говоря это, она разглаживает свою сшитую на заказ парадную форму, но ее глаза слегка сужаются.

— Уверена? — я распахиваю шкаф, демонстрируя висящие внутри новые платья и зеркало. — Потому что Ленора скупила полмагазина после той примерки, а ты же знаешь, что большую часть из этого я никогда не надену.

Это просто непрактично, учитывая, что поместье требует столько работы…

— Да брось. — Ши подталкивает Вессику к шкафу. — Мы делаем ей одолжение.

— Вы бы и, правда, меня выручили, — настаиваю я.

Я раздвигаю платья в шкафу и показываю ей край платья цвета полуночной синевы, такого глубокого, что он кажется почти черным. Это не совсем то платье, которым она любовалась в витрине. Вырез здесь выше, а рукава подбиты золотой тканью, но скроено оно под тем же строгим, потрясающим углом.

— Вот это, — шепчу я.

Она пытается покачать головой, но ее глаза прикованы к платью.

— Мне не нужно…

— Согласна, роскошное платье — это не то, что нужно каждому. Вопреки убеждениям большинства людей, которые сейчас толпятся в поместье. Но иногда ты заслуживаешь его надеть.

— Ты уверена? — она проводит рукой по шелковистой ткани.

— Да. — Я вытаскиваю его из шкафа и впихиваю ей в руки. — И можешь оставить его себе. Я правда не знаю, что буду делать со всеми этими платьями. Мне все равно некуда в них ходить.

Ши делает шаг вперед и начинает рассматривать остальные.

— Могла бы носить их для Инквизитора, — невзначай роняет она.

Я чуть не давлюсь собственной слюной.

— Чего?

— Вы двое постоянно тренируетесь вместе. — Ши пожимает плечом, ее внимание останавливается на платье без рукавов из мягкого золотистого шелка со струящейся юбкой и бессовестно глубоким вырезом. К нему прилагается пелерина из белого меха — портниха пошла мне навстречу, и согласилась сделать метку прикрытой. — Весь Беллаторум только об этом и говорит.

Вот тебе и уединение тренировок в астролатории. Я бросаю взгляд на Вессику, которая превосходно делает вид, что ей все равно.

— Ты не могла об этом не думать. — Ши прижимает платье к груди и мечтательно вздыхает. — Он ведь…

— Он кто? — медленно спрашиваю я.

— Охуенно красив, — добавляет Вессика с фырканьем, словно это совершенно очевидно.

Мы с Ши обе пялимся на нее.

В смысле, она не то чтобы не права.

— Что? У меня вообще-то есть глаза. — Она поднимает ладонь, словно считает меня какой-то бешеной собакой, которую нужно держать в узде. — Расслабься. Он не в моем вкусе.

— А я и не ревную, — слишком быстро отзываюсь я, начиная тянуться к последнему платью. Они оставили мне самый дерзкий вариант. Естественно. — И это не то чтобы… Я имею в виду, мы не…

Но ложь застревает у меня в горле. Не после бань. Не тогда, когда память о его теле, прижимающемся к моему, все еще так свежа. Одна лишь мысль об этом запускает низкую пульсацию в самом низу живота.

Ши склоняет голову, закусывая губу, но не может скрыть ухмылку.

— Не то чтобы что? Потому что выглядит это именно так, как будто…

Стук в дверь спасает меня от дальнейшего смущения. Понятия не имею, кто еще решил присоединиться к нашей маленькой вечеринке. Наверное, Талиесин почуял, что в одной комнате собрались три женщины, и примчался сюда со всех ног.

— Между мной и Инквизитором ничего нет, — ровным тоном говорю я. Лгать легче, стоя к ним спиной.

Но когда я открываю дверь, по ту сторону оказывается именно он.

— Извини.

Его голос звучит так низко, что я сразу вспоминаю тот звук, который он издал в тот момент, когда его член вошел в меня, и что-то жестко сжимается у меня между ног. Он прислоняется к дверному косяку, уже одетый для вечера. На нем не униформа, а темный камзол с высоким воротником, облегающий его так, чтобы подчеркнуть мощные линии его тела. Это выглядит греховно брутально несмотря на то, что кожа закрыта и рудименты не видны.

Он выглядит так, словно друг с другом столкнулись искушение и спасение, и он стал их великолепным результатом. Он делает один шаг ко мне, как будто точно знает, как близки мои колени к тому, чтобы подкоситься. И как сильно у меня чешутся руки дотронуться до него.

Возьми себя в руки. У тебя зрители.

Я судорожно вдыхаю, чтобы успокоиться.

— Инквизитор, я…

Я осекаюсь, оглядываясь назад: Ши аккуратно раскладывает свое платье на кровати. Вессика рассматривает свое у окна. Обе слишком поглощены своими нарядами, чтобы в это можно было поверить.