Уль между делом уронил сухую строчку, мол, при таком темпе казна тает быстрее бетона.

— Наживем. — Хорг даже не обернулся. — Стена дороже.

День пролетел одним махом. На деревню легла темнота, участки замолкали один за другим, где-то вдалеке еще ухал молот Дагны, но уже через раз, выдыхалась и кузня.

Хорг поднялся на стену, и впервые за день вокруг зазвенела тишина. Постоял, переминаясь с ноги на ногу, и его наконец догнало то, от чего он весь день бегал. Гнал он себя и людей не ради графика, вернее не только ради него, работой он просто глушил волнение, а теперь оно навалилось разом.

Охотники ладно, им лес дом родной. Но там же смерть. Пустота, холод, глубокий лес, из которого не возвращаются, туда даже армия не сунулась. А мелкий поперся, чумазый, вечно лыбится, и ведь не ради себя, ради всех. Страшно представить, каково ему там сейчас. Хорг поплотнее запахнул куртку, облокотился на парапет и остался стоять, глядя в темноту на север.

— Кхыээээ… — Вышло до того блаженно, что самому понравилось, да и чего тут стесняться, не перед кем. Тем более я в этом деле далеко не одинок, над водой похожее раздается со всех сторон, хоть хором дирижируй. — Как же хорошо, аж материться охота…

Я растянулся звездой на поверхности, из воды торчит одно лицо, и шевелиться в ближайшие лет пять не планирую. Тележка неподалеку, похоже, уснула совсем и покачивается на воде круглым бочонком. Больд развалился на мелководье по соседству с ней и время от времени постанывает, да так прочувствованно, что в лесу ему наверняка кто-нибудь завидует. Кейн разок попробовал вылезти, передумал на половине движения и с тех пор делает вид, что никуда и не собирался.

Сила воли на всю компанию нашлась только у Вельта. Он каким-то образом собрал ее в кулак, выбрался на холод и… принес всем поесть, за такой подвиг полагается отдельная песня, не меньше. Теперь герой вернулся к нам, пускает в небо облачка пара, а еще присмотрел себе на дне удобный валун и оседлал его по-хозяйски.

— Предлагаю зимовать тут, — поделился я, и сытое пыхтение вокруг на секунду стихло.

— Вообще как вариант, да. Только за Дагной сбегаю, и тут сидим, — мою шутку Больд принял за чистую монету и даже спорить не стал.

— Ну вот если что, хотя бы денек мы выкроить можем так-то, — подал голос Кейн. Он отплыл в дальний конец прудика и вещал из тумана, почему-то решив, что хруста козинаков до нас не долетает.

Какое-то время все молчали и ждали доводов со стороны свинки, но та обсуждение тупо проспала. Так и плавает, побулькивает пятаком и старательно притворяется просто поплавком.

— Я бы и на неделю тут остался, — протянул Вельт. — Но нас ждут в деревне, наша вылазка слишком важна.

И ведь не поспоришь, прав он по всем фронтам. Нам нужны места похолоднее, и того, что тут по ночам ложится иней, мало. Желательно, чтобы снег лежал и давил настоящий дубак, да и Основа здесь растворена как минимум в воде и в грунте, а для дела это серьезная помеха. Вот только настроения это не прибавляет, топать еще примерно неделю, и вряд ли сильно меньше.

Открыл я глаза, а наверху сквозь пар уже пробиваются звезды. Морось наконец сдалась, небо расчистилось, а это значит, что под утро, скорее всего, подморозит всерьез. Вон у свинки на горбу белеет иней, правда, виновата она сама, ее притерло к камням, и половина спины торчит наружу.

Вельт от нечего делать толкнул ее к центру, и тушка спокойно поплыла куда направили, сделала пару оборотов и развернулась пятаком все к тому же берегу.

А вообще, снова задумался я, курорт здесь выходит первый сорт, хоть сейчас открывай. Несколько солевых ванн с пузырьками, рядом ледяная река, тут даже летом будет красота, а про зиму и говорить нечего. Оздоровительный лагерь «Труд», проживание бесплатное, при выполнении нормы по сбору каучука.

Да, глушь несусветная, но о строительстве объектов где-нибудь подальше от жилья я подумываю давно, и вот он, готовый вариант. Вход сделаем поудобнее, а саму купель оставим без изменений, лучше все равно не сделать.

Вельт тем временем отправил Тележку в новый заплыв, та тихо хрюкнула, и ее понесло на середину. Рядом как раз лопнул пузырь газов, выбросив клуб пара, но свинку это никак не задело. Ее чуть покрутило на месте и потянуло назад, прямиком к Вельту. Странно, между прочим, течения-то нет, ветра тоже.

— Видать, ты ей понравился, — поржал Кейн издалека. — Наконец-то нашел достойную невесту.

— Ой, да сам-то вроде нашел, а подойти трясешься, — бросил в ответ Вельт. — Охотник еще называется.

Мы все аж услышали, как Кейн покраснел.

— Да чего там трястись! — возмущенно булькнуло в отдалении, и по звуку кто-то поперхнулся козинаком. — Просто момент нужен! Правильный!

— Ага, — Вельт только что не мурлыкал, такой случай упускать грех. — Пирожки вон на доске окаменели, поди, пока ты его выжидаешь.

— А чего высчитывать-то, — пробасил Больд и от важности темы даже сел ровнее. — Я вот Дагне сразу дерево принес, цветущее. Сработало.

С того края прилетело оскорбленное фырканье, следом снова мерно захрустело, что в переводе означало, у кое-кого всё под контролем. Дальше они переругивались уже без меня, я слушал вполуха и довольно быстро обо всем позабыл. Курорт тоже отодвинулся куда-то на потом, но такие задумки у меня без дела долго не лежат.