— Хороший бросок, миледи! — крикнул Хальвдан, пробегая мимо с окровавленным мечом.

Айрин не ответила. Её внимание было приковано к воротам, которые трещали под ударами тарана. Если они падут — всё кончено.

Прошёл час. Два. Три. Айрин потеряла счёт времени. Всё слилось в бесконечный круговорот звуков и движений: крики, звон мечей, запах крови и дыма, дрожь стен под ногами.

Она видела, как падают люди — свои и чужие. Видела, как Бьорн-старший, раненный в плечо, продолжает рубиться с двумя противниками одновременно. Видела, как юный Хальвдан сбрасывает лестницу вместе с тремя солдатами.

И она видела, как ворота начинают поддаваться.

— Они прорываются! — крикнул кто-то.

Айрин бросилась вниз, к воротам. В голове билась одна мысль: «Нельзя. Нельзя. Нельзя».

Она схватила чей-то брошенный меч — тяжёлый, неудобный, — и встала в шеренгу с защитниками, готовясь к последнему бою.

И в этот момент, когда ворота уже почти рухнули, с севера раздался звук.

Низкий, протяжный, нарастающий. Сначала он был едва слышен, но с каждой секундой становился громче, наполняя воздух дрожью.

Боевой рог.

Айрин замерла, не веря своим ушам. Рог звучал снова и снова, и вот уже его подхватили другие, и какофония наполнила долину.

— Лейф! — прошептала Айрин.

Из леса, с северной стороны, вылетел отряд всадников. Их были десятки, и впереди, на огромном чёрном коне, мчался человек, которого она узнала бы из тысячи.

Лейф Стормград.

За ним следовали не только его люди. Рядом скакали всадники в цветах Чёрной Скалы — люди лорда Харальда. И ещё кто-то — воины в зелёных плащах, которых Айрин не знала.

Подкрепление.

Крик, вырвавшийся из груди Айрин, был криком радости и облегчения. Она подхватила его, и вместе с ней закричали все, кто ещё стоял на ногах:

— СТОРМГРАД! СТОРМГРАД! СЕВЕР!

Всадники врезались в ряды нападавших с фланга, сметая их, как лавина. Айрин видела, как Лейф прорубает себе путь к воротам, как его меч сверкает в утреннем свете, как падают перед ним враги.

Она бросилась к воротам, расталкивая людей, и когда створки наконец распахнулись, выбежала навстречу ему.

Лейф спрыгнул с коня, поймал её, прижал к себе так крепко, что у неё перехватило дыхание.

— Ты жива, — прошептал он, зарываясь лицом в её волосы. — Боги, ты жива.

— Ты вернулся, — выдохнула она, смеясь и плача одновременно. — Ты всё-таки вернулся.

— Конечно, вернулся. Я же обещал.

Он отстранился, взглянул ей в лицо, покрытое копотью и слезами, и улыбнулся той самой улыбкой, от которой её сердце таяло.

— Я люблю тебя, — сказал он.

— И я тебя.

Их губы встретились, и в этом поцелуе было всё: страх, надежда, отчаяние, радость. Вокруг гремел бой, но на мгновение они были одни.

Потом Лейф отпустил её и вскочил в седло.

— Жди меня в замке, — крикнул он. — Я быстро.

И умчался, уводя своих людей в самую гущу сражения.

Айрин стояла у ворот, провожая его взглядом, и чувствовала, как силы возвращаются. Он вернулся. Он привёл помощь. И теперь всё изменится.

– --

Битва закончилась к полудню.

Вейн, видя, что его войско разбито, бежал с поля боя, бросив раненых и обоз. Инквизитор исчез ещё раньше — его тёмный силуэт растворился в дыму, как злой дух, не пожелавший быть свидетелем своего поражения.

Лейф вернулся в замок, когда Айрин уже помогала раненым. Она подняла голову, увидела его, идущего через двор, и сердце её забилось быстрее. Он был в крови, уставший, но живой. И он улыбался.

— Победа, — произнёс он, подходя ближе. — Они бежали.

Айрин поднялась, чувствуя, как дрожат колени. Она хотела что-то сказать, но слёзы снова подступили к горлу, и она лишь прижалась к нему, обхватив руками.

— Я так боялась, — прошептала она. — Так боялась, что не увижу тебя снова.

Лейф гладил её по спине, укачивая, как ребёнка.

— Всё кончено, — говорил он. — Всё кончено. Мы победили.

Они стояли посреди двора, окружённые людьми — ранеными, уставшими, но счастливыми, — и Айрин чувствовала, как напряжение последних дней отпускает её, оставляя после себя пустоту и невероятное облегчение.

Она подняла глаза на Лейфа.

— А Тарин? — спросила она. — Ты видел Тарина?

— Нет. Пойдём к нему. Вместе.

Она взяла его за руку, и они пошли в подземелье, где укрывались женщины и дети.