— Они знают, — сказала она однажды Лейфу. — Они знают, что Тарин — их крови.

— Орм сказал им, — ответил Лейф. — Они пришли не просто воевать. Они пришли защищать своего наследника.

Айрин задумалась.

— Это опасно? Вдруг среди них есть предатель? Вдруг кто-то захочет использовать Тарина?

Лейф покачал головой.

— Орм поклялся мне в верности. И я склонен ему верить. Он потерял всю семью в той резне. Тарин для него — не просто наследник древнего рода. Это искупление. Надежда на то, что всё было не зря.

— Но не все могут думать так же.

— Поэтому я не спускаю с них глаз. — Он взял её за руку. — И поэтому Тарин никогда не остаётся без присмотра. Ты, я, Бритта или Ирма. Кто-то всегда рядом.

Айрин кивнула, чувствуя, как внутри разливается спокойствие. Лейф всё продумал. Он защищал их, даже когда она не просила.

– --

А потом произошло то, чего никто не ожидал.

Это случилось в один из редких солнечных дней. Айрин вышла с Тарином во двор, чтобы он подышал свежим воздухом. Малыш сидел у неё на руках, закутанный в меховую накидку, и с любопытством разглядывал сугробы, сверкающие на солнце.

У конюшни толпились люди. Айрин услышала встревоженные голоса и пошла туда, сама не зная зачем. Оказалось, что один из воинов Западных гор привёл с собой раненого волка — молодого, тощего, с окровавленным боком. Зверь лежал на снегу, тяжело дыша, и скалил зубы на всех, кто пытался приблизиться.

— Он попал в капкан, — объяснял Орм, стоя рядом. — Освободили, но рана глубокая. Если не помочь, сдохнет.

— Дай мне арбалет, — предложил кто-то из северян. — Прекратим мучения.

— Нет, — возразил Орм. — Нельзя. Он священное животное для нас.

Пока они спорили, Айрин не заметила, как подошла ближе. Тарин на её руках вдруг затих, а потом издал тот самый звук, который Лейф называл «словом». Он протянул ручки к волку и что-то залопотал — настойчиво, требовательно.

Волк поднял голову. Его жёлтые глаза встретились с глазами младенца.

И произошло невероятное. Зверь перестал скалиться. Его дыхание выровнялось, а хвост слабо шевельнулся, как будто в знак приветствия. Он смотрел на Тарина так, будто узнал его.

— Что это? — прошептал кто-то.

Айрин замерла, не зная, что делать. Тарин тянулся к волку всё настойчивее, и она инстинктивно сделала шаг вперёд. Орм преградил ей путь.

— Не бойтесь, — тихо сказал он. — Он чувствует кровь. Он не причинит вреда.

— Вы уверены?

— Да. — Орм отступил. — Позвольте мальчику.

Айрин колебалась. Но Тарин уже почти вывалился из её рук, отчаянно стремясь к зверю. И она, повинуясь какому-то древнему инстинкту, опустилась на колени рядом с волком, всё ещё прижимая сына к груди.

Тарин протянул пухлую ладошку и коснулся мокрого носа зверя.

Волк издал тихий, почти неслышный скулёж и лизнул руку ребёнка.

По толпе прокатился вздох. Айрин почувствовала, как её сердце забилось где-то в горле.

— Он признал его, — прошептал Орм. — Кровь Волков признана.

Лейф появился мгновение спустя. Он растолкал толпу и замер, увидев картину: его жена стоит на коленях перед раненым волком, а их сын гладит зверя, и оба выглядят так, будто делали это всю жизнь.

— Что здесь происходит? — спросил он, и голос его был спокоен, хотя в глазах металась тревога.

— Волчья кровь пробуждается, — ответил Орм. — Рано, но это она.

Лейф перевёл взгляд на Айрин. Она посмотрела на него, и в её глазах он увидел не страх, а удивление, смешанное с чем-то похожим на гордость.

— Он не боится, — сказала она. — Он тянется к нему.

Лейф медленно подошёл и опустился рядом. Волк перевёл взгляд на него, но не зарычал — лишь слабо вильнул хвостом, будто признавая в нём своего.

— Мы вылечим его, — произнёс Лейф, не сводя глаз с волка. — Орм, займись. И позови знахарку из деревни.

Орм кивнул и принялся отдавать распоряжения. Толпа начала расходиться, но люди то и дело оглядывались на мальчика, который продолжал гладить волка, и на их лицах были самые разные чувства: страх, надежда, благоговение.

Айрин поднялась, прижимая Тарина к себе. Лейф обнял их обоих.

— Что это значит? — тихо спросила она.

— Не знаю, — честно ответил он. — Но, кажется, наш сын — не просто последний из рода Волков. Он — их истинный наследник. И его сила уже проявляется.