Обидно.

— Стоять! Стоп! — закричала Надя Бреннер. Она встала прямо перед дверью и закрыла собой проход. — Во-первых, мы не бежим, а идём организованно, — строго произнесла она. — Во-вторых, пожалуйста, ведите себя тихо, как мышки, и идите медленно, словно улитки. Вы всё поняли?

Паолина мрачно кивнула. Она прекрасно умела передвигаться со скоростью улитки. Особенно назад в сторону дома. Госпоже Бреннер ничего не стоило узнать это от папы.

«Наябедничал! — со злостью подумала Паолина. — Да ещё и рукой мне помахал, словно ничего не случилось!»

В животе у неё всё клокотало от бешенства. И стало клокотать только больше, когда Бен, так и не поздоровавшись, пронёсся мимо неё.

— Привет, болван! — крикнула ему вслед Паолина.

Но Бен её не услышал. Во всяком случае, он просто побежал дальше к выходу, где пристроился за госпожой Бреннер и остальными ребятами.

Может, у него просто мюсли в ушах застряли или корм для хомяков? Может, он даже не услышал, как она назвала его болваном? Паолина из принципа решила показать ему язык. Даром, что он стоит к ней спиной и ничего не увидит.

— Ты чего? — спросил Лукас.

— Ничего, — прорычала Паолина.

— Что-то ты слишком злая для «ничего», — возразил Лукас.

— Я просто не люблю черепах, — выдавила Паолина.

— Э? — Лукас почесал морковно-рыжую голову. — А, ясно, — наконец сказал он. — Ты же тоже хотела к Годзилле.

— Нет, — возразила Паолина. — Не хотела. Что ещё за Годзилла?

— Мой хомяк, — ответил Лукас. — Хорошо, что с ним заниматься будешь не ты, а Бен. Годзилла же настоящий хищник, — добавил он и показал Паолине плотно перевязанный пластырем указательный палец. — Он вчера мне чуть палец не отхватил!

— Тогда не нужно было брать его с собой, — возразила Паолина. — Госпожа Бреннер же запретила приносить хищников.

— Знаю, — прошептал Лукас ей на ухо. — Но ты же меня не выдашь, правда?

Паолина покачала головой. Как бы сильно ей ни хотелось насолить Лукасу, она не ябеда.

— Эй, вы двое, Лукас и Паолина, давайте-ка проходите вперёд! — прокричала им госпожа Бреннер и помахала рукой.

— Хорошо, — сказал Лукас.

Он надул щёки и запыхтел, как настоящий паровоз, который только начинает набирать ход. Сначала он шёл медленно, но постепенно всё больше срывался на бег. Паолина поспешила следом и встала к нему вплотную.

Раз уж Бен так крепко сдружился с Лукасом, то и она сможет. И не важно, с хомяком или без.

Кабинет естествознания оказался огромным, по меньшей мере раза в три больше их класса. Здесь стоял шкаф, доверху забитый книгами и чучелами разных животных: барсука, крысы, множества маленьких птичек, совы и лисицы.

— Если Годзилла снова тебя укусит, можно будет сделать из него чучело, — прошептала Паолина Лукасу.

— Пф! — фыркнул он и покрутил у виска пальцем.

В самом дальнем углу стоял скелет. К счастью, его кости были не настоящими, а пластиковыми. К тому же директор натянул на него шляпу и сунул в руку трость.

Но Паолину он всё равно пугал.

На партах было расставлено пятнадцать клеток: пять мышей, два хомяка, четыре кролика, бурундук и морская свинка Катеньки. Абрикосово-рыжая канарейка взволнованно перепрыгивала с жёрдочки на жёрдочку, а серый попугай со светло-жёлтой головкой и забавным красным пятном под глазом громко кричал «спагетти!».

Мия, Катенька и Финн покатились со смеху.

Бен вслед за ним начал кричать «спагетти!» и принялся прыгать. Снова.

«Ох, — подумала Паолина. — Зря он это затеял!»

Как только Бен начинал прыгать, госпожа Бреннер отправляла его в школьный сад, где как раз для таких случаев был установлен батут.

Господин Буддельпо при этом всегда стоял рядом и следил, чтобы Бен случайно не приземлился прямо на грядки. Однажды так уже случилось.

Если Бена отправят в сад, то он не сможет вместе с Лукасом заняться хомяком Годзиллой. Не так уж и плохо, если задуматься, — а вдруг госпожа Бреннер поставит Паолину в пару к Лукасу?

Но, если Бен лишится возможности побывать на уроке, он рискует выйти из себя и вообще не перестать прыгать!

А ведь он самый-самый-самый лучший друг Паолины! Хоть и болван. Паолине ничего не оставалось, кроме как присоединиться к Фриде, которая уже уселась возле своего стеклянного вольера на первой парте.