На стенах заволновались.

Сразу несколько стражников заорали, указывая на скелетов. Несколько лучников, молодых и нервных, не выдержали. Послышался свист тетивы — одна стрела, вторая, третья. Они ушли в темноту, прочертили дугу над полем и бессильно вонзились в землю за полсотни шагов до скелетов. Мои воины стояли далеко за пределами дистанции стрельбы.

И они продолжали стоять. Спустя пять минут, когда почти весь гарнизон столпился со стороны леса, глазея на мёртвых солдат, практически оголив при этом западную стену, я велел скелетам начать бить клинками и копьями в щиты. Раздался мерный, ритмичный грохот — зловещая музыка, от которой у живых кровь стыла в жилах. Бум. Бум. Бум-бум-бум. Металл лязгал о металл, и этот звук, отражаясь от леса и стен крепости, разносился над ночным полем, многократно усиленный ночной тишиной.

На стенах волновались, указывали на скелетов. Кто-то бодрился, говорил, что их там и двух десятков нет и с ними легко справятся. Внимание целиком и полностью было обращено на моих миньонов и их непонятное представление. Это мне и было нужно.

Призраки, пользуясь тем, что все взгляды прикованы к скелетам, принялись методично зачищать стоящих с краю бойцов — тех, которые не находились ни в чьём поле зрения. Бесплотные тени подкрадывались сзади, наносили один точный удар и исчезали, оставляя после себя только оседающее на землю тело. Никто не кричал, не звал на помощь — жертвы умирали молча, не успев даже понять, что произошло.

Минута-другая — и отряд крепости недосчитался уже восьми человек.

Снайперы, вместе с сопровождающими их личами, тем временем обошли по дуге и подбирались к замку с западной стороны. С ними был один страж и один метатель — в теле которого находился я. С этой стороны не было мин, поэтому мы двигались без опаски. Снайперы замерли на позициях, взяв на прицел стену. Страж замер под самой стеной, прислонившись к ней спиной, а я полез через брешь в каменной кладке, прикрытой деревянным ограждением, стараясь при этом не сильно шуметь.

Остальные скелеты наконец прекратили бить оружием в щиты. Минута мёртвой тишины. Затем они разбежались в разные стороны и начали… танцевать. Медленно, неестественно, дёргаясь и замирая в неуклюжих позах, они двигались в такт неслышимой мелодии. Костяные конечности выписывали странные фигуры, щиты и копья сталкивались в подобии ритма, и вся эта сцена в неверном свете факелов выглядела как какой-то жуткий ритуал.

На стенах зашептались.

— Мёртвый танец… — выдохнул кто-то из солдат, и слово, словно искра, перекинулось на остальных. — Это Мёртвый танец! Они вызывают кого-то!

— Не мели чушь! — одёрнул его сосед, но было поздно. Толпа уже подхватила. Кто-то крестился, кто-то сжимал оружие побелевшими пальцами, кто-то шептал молитвы. Никакого Мёртвого танца, конечно, не было — просто мои скелеты выполняли бессмысленные движения по моей команде. Но толпе не нужна правда.

Я осторожно перевалился через стену. Костяные пальцы впились в деревянный частокол, я оттолкнулся ногой, подтянулся и через мгновение уже был на той стороне.

Огляделся. Уголков, где можно спрятаться, не было — всё освещалось факелами и магическими светильниками, «спасибо» егерям. Но это не страшно. В самой крепости, казалось, вообще никого не было — все толпились на стенах, наблюдая за представлением.

Пожав плечами, я, всё же прижимаясь к стенке, побрёл к воротам. Баррикады мне не разобрать, но маленькую дверку вроде бы можно приоткрыть. Не полностью, но скелет пройти сможет.

Тут раздался резкий крик.

— А-а-а-а! Тут убитые! Убийцы опять здесь! — кажется, кто-то заметил тела.

Паника вспыхнула снова, как сухой хворост от искры. Крики, ор, топот ног.

— Скелеты! Они бегут сюда! Защищайте стену! — заорал другой стражник, указывая на сорвавшихся с места стражей и метателей, бегущих прямо на укрепления.

Началась давка. Толпа заметалась. Кто-то рвался со стены, толкаясь и сталкивая друг друга на узких лесенках. Пара солдат уже полетела вниз с высоты, глухо ударившись о землю. Кто-то, наоборот, рвался к стене, пытаясь занять позицию для обороны. Люди сталкивались, падали, их топтали. Скелеты пробежали двадцать шагов и вновь замерли — с этой стороны замка было полно мин, и в тупую хоронить их я не собирался. Но необходимый психологический эффект уже был достигнут.

В это же мгновение снайперы ударили навесом прямо по толпе на стенах. Стрелы взмывали в воздух одна за другой, описывали высокую дугу и падали вниз, легко находя цели в плотной массе людей. Сверху, из темноты, они сыпались как смертоносный дождь. Никто не понимал, откуда летят стрелы, — и это усиливало панику. Крики раненых смешивались с воплями ужаса.

Я, отбросив в сторону пару бочек, мешавших открыть дверь, и отодвинув засов, бросился вниз к лестнице — встречать тех, кто спускался со стены. Мой дротик находил цели одного за другим: короткие, точные броски, и тела падали на ступени, мешая бежать остальным. Призраки, пользуясь давкой, продолжили своё чёрное дело. В толпе, где никто не смотрел по сторонам, они были невидимы и неостановимы. Ещё один солдат упал, схватившись за горло. Ещё один.

Кто-то, не выдержав, прыгал со стены прямо вниз, наружу, пытаясь спастись бегством. Судя по прогремевшим взрывам магических разрядов, кому-то это даже почти удалось.