Я сосредоточил внимание на призраке и сумел рассмотреть. Двое всадников на боевых маунтах — белых тиграх. Огромные, мощные звери с серебристой шерстью, мускулистыми лапами и горящими жёлтыми глазами. Их клыки торчали из пасти, как сабли, а на широких ошейниках мерцали руны ускорения. Тигры неслись по нашему следу абсолютно бесшумно. Вырываемые мощными лапами комья земли летели в стороны. Шестидесятые уровни. Правда, всего трое. Шанс одолеть есть, но хотелось бы боя избежать.

Я прямо на ходу спрыгнул с Тягача, активировал и, прикрыв травою, оставил на наших следах четыре магических заряда — тех самых, что взял со склада именно для такого случая. После чего легко догнал машину и запрыгнул обратно. Посмотрим, остановит ли их это…

Не остановило. Ещё за полсотни метров до заряда один из тигров принюхался, сбросил скорость, аккуратно ступая мягкими лапами. Зарычал, показывая клыки из-под верхней губы, и указал мордой на заряд. Второй тоже остановился, пробежав на пару метров вперёд первого.

Взмах руки всадника — и с неё срывается огненная вспышка. Взрыв. Все четыре заряда уничтожены разом. Всадники немного осмотрелись и продолжили путь. Единственное, чего я добился, — теперь они двигались немного медленнее и осмотрительнее. Но всё равно их скорость намного превышала нашу. Минут через двадцать они нас настигнут.

Я зарычал от ярости. Принимать бой не хотелось категорически. Мысленно дёрнув призрака, двигавшегося впереди отряда — на некоторое время останемся без разведки, плевать, — я отправил его в тыл. Два призрака, два всадника. Надеюсь, урона хватит.

Тягачи двинулись дальше, а скелеты попрыгали на землю, готовясь принимать бой. Снайперы заняли позиции в кустах, их длинные неестественные руки уже натягивали тетивы. Стражи встали впереди, выставив щиты и готовые принять первый удар. Метатели рассредоточились за деревьями, дротики наготове. Призраки парили над всадниками невидимыми тенями, готовые добить их, а также показывая мне, где они находятся.

Тигры почуяли нас задолго до того, как мы увидели врага. Они двинулись по широкой дуге, заходя к нам с флангов — бесшумные, как призраки, огромные белые тени среди деревьев. Но они не знали, что мы их тоже видим. Снайперы начали смещаться в центр, уходя из-под удара, тогда как стражи, наоборот, двинулись навстречу тиграм. Плохо, что всадники заходили с двух сторон сразу и заставляли мой отряд тоже разделяться.

Один из тигров резко ускорился, сокращая дистанцию. Пятьсот метров. Четыреста. Двести! Сто!

Стражник вылетел вперёд, пытаясь заагрить врага, но был снесён в сторону мощным ударом лапы. Тигр широкими прыжками пролетел мимо, даже не пытаясь добить скелета. Страж, хрустя поломанными костями, медленно поднимался на ноги. Здоровье мелькало на уровне двадцати процентов. Пи…ец.

Снайперы встретили врага дружным залпом, но практически все стрелы ушли мимо — слишком быстрой была цель. Тигр метнулся в сторону, ушёл из-под огня и снова рванул вперёд. Всадник на его спине уже заносил руку для нового заклинания.

Огненный шар срывается с его руки и взрывается прямо среди снайперов. Сразу минус трое.

Трое оставшихся снайперов спускают тетиву и продолжают стрелять. Несмотря на успешные попадания, урон всё равно слишком маленький.

Личи наконец закончили каст. С их посохов сорвались чёрные ледяные цепи и, лязгнув, вырвались из замёрзшей земли прямо под лапами тигра. Они обвили зверя, сковали его, притянули к земле. Тигр взревел — низко, яростно, — и рванулся изо всех сил. Цепи натянулись, затрещали, с них посыпалась ледяная крошка. Было видно — не продержатся и пяти секунд.

Я не разбирая дороги летел через кусты, краем сознания не забывая управлять остальным отрядом. Ветки хлестали по костяному телу, кусты трещали, но я нёсся вперёд. Вылетел на открытое пространство, метнул дротик — тот вонзился всаднику в плечо, заставив его покачнуться, — и, не снижая скорости, буквально врезался в него.

Миг — и мы оба верхом на тигре. Я вцепился в горло игрока — а это был игрок, я понял это только сейчас, увидев ник над головой, — и принялся душить. Костяной локоть сомкнулся на его шее. Он захрипел, закашлялся, не ожидая такого. Под ним тигр, почуяв, что хозяину плохо, перестал рваться с цепей и завертелся волчком, пытаясь сбросить меня со спины. Получилось. Но я мёртвой хваткой держался за игрока, и поэтому покатились мы оба — клубком, ломая кусты, врезаясь в деревья, — вниз по склону небольшой канавы.

Игрок пришёл в себя. Перестал дёргаться. Схватил своими руками мою руку и что-то зашептал. На его ладонях вспыхнуло пламя — такое жаркое, что моя броня начала плавиться. Костяная плоть задымилась, по руке побежали трещины.

Заорав от боли, я отпустил горло врага и принялся осыпать его ударами оставшейся целой руки.

«Что бы я ещё хоть раз вышел в поход без кинжала!» — проклинал я себя, морщась от боли в обожжённой руке.

Тем временем к нам подоспели ещё двое метателей. Несколько ударов копьями в живот — и здоровье врага медленно поползло вниз.