Чоу ждала меня в подвале, в архивном секторе. Место максимально унылое: бесконечные ряды стеллажей, забитые старыми папками и коробками, которые, кажется, не открывали лет десять. Потолок низкий, лампы мигают, создавая ощущение, что я попал в какой-то дешёвый хоррор.

— Ну наконец-то ты соизволил явиться, — Чоу вышла из-за одного из шкафов, прижимая к груди толстую папку. Она выглядела раздражённой, но в глазах прыгали искорки азарта. — Я уже начала думать, что ты там решил обзавестись семьёй и остаться на ночь.

— Прости, пришлось задержаться на сеансе у психолога, — я усмехнулся, подходя ближе. — Знаешь, копаться в своих травмах — дело медленное, но чертовски полезное.

Чоу закатила глаза так сильно, что, кажется, увидела собственный затылок. Она с хлопком вложила папку мне в руки.

— Оставь свои экзистенциальные кризисы для кабинета Танаки, — она сложила руки на груди, внимательно наблюдая за моей реакцией. — Смотри внимательнее. Я прорылась через технические протоколы. Оказывается, доступ к личным устройствам сотрудников добавили в систему тайно. Это было распоряжение совета директоров, но, что самое забавное, юридически с персоналом это вообще не согласовывали. Просто взяли и внедрили.

Я быстро пролистал страницы, чувствуя, как пальцы пачкаются в старой бумажной пыли. Действительно, в одном из приложений мелким шрифтом, который заметил бы только очень дотошный бухгалтер или демон, было прописано разрешение на удалённый доступ. Подпись председателя, печать, всё официально и максимально подло.

— Значит, это не просто какой-то гик из IT-отдела решил поиграть в шпиона, — я закрыл папку и вернул её Чоу, задумчиво глядя в потолок. — Тут всё глубже. Это целая система контроля, выстроенная наверху. Нас просто держат на коротком поводке, даже не предупредив об этом.

— Именно, — Чоу кивнула, и её лицо стало серьёзным. — И если мы хотим что-то изменить или хотя бы перестать быть марионетками, нам нужно понять, кто именно из верхушки за этим стоит. Это же идеальный инструмент для шантажа.

— У меня есть пара идей, как это провернуть, — я потёр подбородок, прикидывая варианты. — Но сначала мне нужно кое-что проверить в системе, пока нас не заметили.

Чоу посмотрела на меня с явным подозрением. Она прищурилась, словно пыталась прочитать мои мысли, но ничего не спросила. Она уже привыкла, что я не всегда выкладываю карты на стол. Впрочем, так даже лучше. Чем меньше она знает о моих методах, тем меньше у неё шансов влипнуть в неприятности вместе со мной.

— Ладно, делай что хочешь, — она тяжело вздохнула и поправила волосы, разворачиваясь к выходу. — Только умоляю, Кацу, не вляпайся в очередную историю. У меня и так работы по горло, я не хочу ещё и твой труп из подвала выносить.

— Обещаю, что буду вести себя как самый прилежный сотрудник, — я подмигнул ей, чувствуя, как внутри просыпается привычное желание всё усложнить. — Ну, почти.

Я проводил её взглядом, а затем снова посмотрел на серые ряды архива. Знаете, в этом есть какая-то ирония: чтобы найти правду о будущем компании, приходится спускаться в её самое пыльное и забытое прошлое. Но именно здесь, в темноте, легче всего заметить, кто на самом деле дёргает за ниточки.

Кафе было совсем рядом с офисом, буквально в паре кварталов. Заведение маленькое, с деревянными столами и каким-то древним музыкальным автоматом в углу, который, кажется, помнил ещё эпоху динозавров. Посетителей почти не было, так что я мог спокойно занять столик у окна и не переживать, что кто-то будет пялиться в мою тарелку.

Я заказал чёрный кофе, который на вкус напоминал жжёную резину, и уставился в телефон. Листая ленту новостей, я в очередной раз подумал, насколько люди любят обсуждать чужие скандалы. В какой-то момент экран мигнул, пришло сообщение от Юко.

— Я буду через пять минут. Не скучай, — написала она.

Я усмехнулся, отложив гаджет в сторону. Юко обладала удивительным талантом: она всегда успевала к самому важному моменту, даже если официально опаздывала на полчаса.

Кстати, о моменте. Пока я ждал, мне стало любопытно, заметил ли кто-нибудь из вас, читателей, как часто в таких историях герои выбирают именно пустые кафе? Это классика. Создаёт нужную атмосферу интимности и тайны, верно?

Я откинулся на спинку стула и посмотрел на улицу. Город за окном медленно погружался в темноту, зажигались редкие фонари. Вдруг моё внимание привлекла странная деталь. На противоположной стороне дороги, в тени высокого здания, стоял мужчина.

Он не двигался, просто смотрел прямо на меня. В полумраке его фигура каким-то образом слегка светилась, словно вокруг него вибрировал воздух. Я сразу узнал этот взгляд. Хатиман.

Таксист не пытался поздороваться или подать знак. Он просто стоял там, засунув руки в карманы, и смотрел на меня с этой своей ехидной, всезнающей ухмылкой. Знаете, такой взгляд, которым говорят: «Я знаю, что ты задумал, и мне уже смешно».

Я прищурился, пытаясь понять, зачем он здесь, но ответить не успел. Хатиман просто растворился в ночном тумане, исчезнув так быстро, будто его там никогда и не было. Только лёгкое чувство беспокойства осталось в груди.