[Функционал инженерного интерфейса повышен: 7,3%.]

Постаравшись сохранить беззаботный вид, я принял сидячее положение.

Вот это уже было серьёзно. Такая прибавка за удачный, точнее почти удачный, эксперимент с неизвестным материалом. Если интерфейс так реагировал на открытие новых свойств, то добраться до десяти процентов можно было куда быстрее, чем я рассчитывал. Однако это было одновременно прекрасно и плохо, потому что я уже поймал себя на мысли: а что будет, если подключить пластину мощнее? Вот именно за такие мысли людей потом находят в виде обугленных останков.

Я осмотрел рукав, проверил руку, убедился, что ожога почти нет, и решил, что второй раз с этим сочетанием играть не буду. По крайней мере, не здесь и не сейчас.

Со второй пластиной я решил поступить умнее. В качестве известного материала выбрал и не что-то, способное снова устроить огненный праздник. Я достал малую бледно-серебристую пластину, ту самую, что меняла эффективную массу. Сначала проверил её отдельно.

Закрепил в рамке и подал эфир. Пластина отозвалась мягко и почти красиво. Испытательный блок стал заметно легче. Вес не исчез полностью, но металлическая рамка, кристалл, крепления и сама пластина будто потеряли часть привычного сопротивления земле. Я осторожно поднял конструкцию двумя пальцами, понимая, что всё работает.

[Эффект изменения эффективной массы зафиксирован.]

[Стабильность: допустимая.]

После этого я добавил вторую неизвестную пластину и подключил её через самый слабый ограничитель. Отодвинулся подумал, и отодвинулся ещё немного. После огненного фонтана осторожность вдруг стала казаться не трусостью, а зрелостью.

Через несколько секунд после начала подачи эфира рамка дрогнула и просела вниз, словно вдруг стала намного тяжелее. Ножки испытательного блока продавили землю, а столешница под ним жалобно скрипнула. Я тут же сбросил подачу и перед глазами вспыхнуло сообщение.

[Обнаружено новое свойство функционального материала.]

[Название материала: неизвестно.]

[Функция: инверсия свойства связанного материала.]

[Эффект: изменение направленности воздействия на противоположную.]

Я смотрел на пластину и чувствовал, как в голове начинают нехорошо шевелиться расчёты. Если серебристый металл облегчал вес, то в связке с этим серо-зелёным неизвестным материалом он начинал утяжелять, причём заметно.

Это вполне могло стать оружием или методом угробить собственную конструкцию, если перепутать направление контура. Вариантов оказалось много, но все опасные.

Я посмотрел на обе неизвестные пластины, и конечно же, сделал то, что не должен был делать до начала боевого этапа — соединил все три.

Малый контур получился грубоватым: серебристая пластина как основной эффект, серо-зелёная как инверсия, тёмная как усиление. Размыкатель я придерживал рукой и наклонился в сторону, готовясь отскочить. Потом подал эфир на минимуме.

Испытательный блок продавил стол, сорвался вниз, ударился о грунт и за мгновение вдавился в землю почти на полметра, оставив после себя дыру с торчащим обрывком проводящей линии. Я отключил питание и некоторое время пытался осознать произошедшее. Из раздумий меня выдергул интерфейс:

[Комбинированный эффект зафиксирован.]

[Свойства материалов уточнены.]

[Функционал инженерного интерфейса повышен: 7,5%.]

Получалось, что большая часть пути уже была пройдена. И если бы я не стоял посреди леса перед началом полевого испытания, то, наверное, радовался бы сильнее. Но сейчас радость пришлось отложить. В земле на глубине почти полметра лежал мой испытательный блок, а вместе с ним — три ценные пластины и малый кристалл. И доставать его мне пришлось с применением таких слов, которые в приличных инженерных журналах обычно заменяют выражением «возникли трудности при извлечении опытного образца».

В итоге блок я всё-таки выковырял. Рамка погнулась, один зажим треснул, но пластины остались целыми. Кристалл тоже выжил, хотя выглядел так, будто осуждал мой подход к экспериментальной безопасности.

Я завернул материалы отдельно и убрал в сумку. Как раз в этот момент над лесом протянулся звук горна, оповещая, что второй этап начался по-настоящему. Я резко поднял голову. Где-то далеко ответили ещё два сигнала, затем с вышек донёсся приглушённый человеческий гул. Зрители тоже услышали старт.

Я быстро собрал инструменты, проверил сумку, зафиксировал браслеты на руках и переключил внимание на голема. Двухметровый конструкт стоял в нескольких шагах, неподвижный, тяжёлый и послушный.

— Пора. — скомандовал я и голем шагнул вперёд.

Я повёл его к следующей контрольной точке, одновременно удерживая маршрут по карте и прислушиваясь к лесу. Барсик молчал, но это не тревожило. Если бы рядом появилось что-то действительно интересное или опасное, он, скорее всего, нашёл бы способ язвительно меня предупредить.