Принц Эмейна не на шутку начал выводить меня из себя своим отсутствием предупреждений.

Глава 32

Контраст ледяной воды потряс меня. Когда я погрузилась глубже, в моей голове промелькнуло несколько мыслей. Во-первых, очевидно, что можно использовать портал внутри миров, а не только между ними. И, во-вторых, надо будет окатить Руадана ледяной водой, когда он будет спать.

Наконец, сверху на поверхность воды хлынул бледный свет, и я изо всех сил оттолкнулась ногами, проплывая мимо Мэддана. Появился серебряный шар луны, и моя рука коснулась поверхности. Всё ещё цепляясь за железный меч, я ухватилась одной рукой за каменный выступ портала и, задыхаясь, вылезла наружу.

Руадан уже выбрался из воды и стоял, с него стекала вода. Он смотрел на замок, возвышавшийся над нами.

Я выбралась из воды на землю.

— Небольшое предупреждение не помешало бы, — проворчала я.

Но моё внимание уже переключилось на сам дворец. Над нами возвышался скалистый, гористый склон. Казалось, что замок вырастает из самого склона — его башни были сделаны из неровного камня. Узкие щели в скалах образовывали окна — щели бледного света в его стенах. Толстые верёвки из древесных корней и виноградных лоз обвивали стены замка.

В основание замка была врезана богато украшенная резьбой деревянная дверь.

Плеск и вздохи за моей спиной подсказали мне, что Мэддан прибыл через портал.

Мэддан втянул воздух так резко, что издал почти животный звук. Затем он схватился за бортик фонтана. Кряхтя, он перевалился через край и плюхнулся на землю.

— Как нам попасть внутрь? — спросила я.

Руадан уже направлялся к резной двери. Я схватила Мэддана за руку, оторвала его от земли и потащила к двери. Всё ещё босой, он ковылял за мной на своих нелепых маленьких ножках.

— Зачем вам нужно, чтобы я отчитывался перед Высшим Советом? — возмутился он. — Вы хотите, чтобы я объяснил им, что вы предатели, работавшие на Балероса?

— Они уже слышали эту историю, — процедила я сквозь стиснутые зубы. — Тебе нужно рассказать им о том, что Великий Магистр Савус работает с Балеросом.

— А что, если я им этого не скажу? — Мэддан фыркнул.

Руадан резко повернулся, и выражение его лица, темнота в глазах пробрали меня до костей. Несмотря на свою красоту, лицо Руадана было словно из ночных кошмаров.

— В Эмейне мы допрашиваем людей пытками. Это ненадёжно, но такова старая традиция. Я мог бы переломать тебе кости, — сказал Руадан, — одну за другой. Я был бы рад услышать, как твои вопли эхом отражаются от потолка. Или ты мог бы просто сказать им правду, как я просил.

Мэддан с трудом сглотнул.

— Пытками? Даже членов королевских семей из других королевств?

— Мы здесь всё делаем по-своему, — сказал Руадан и снова развернулся, направляясь к двери. Когда мы приблизились к ней, мой взгляд скользнул по резьбе. Похоже, она была сделана из дуба, высотой, наверное, метров девять. Искусный мастер вырезал на ней изображения оленей, вьющихся листьев, деревьев и выгравированную руку в центре.

Когда Руадан подошёл к ней, то наклонился к своему сапогу. Он вытащил серебряный кинжал из ножен. Затем провёл лезвием по ладони, обагрив её кровью. Он прижал окровавленную ладонь к руке с гравировкой.

Дверь застонала, медленно раздвигаясь, и под её тяжестью с каменных стен над нами осыпалась грязь. Огромная дверь медленно открылась.

— Это что, преимущество королевской знати Эмейна? — спросила я.

— Замок знает мою кровь.

Дверь с грохотом распахнулась, открывая взору высокие каменные потолки. Корни дуба, казалось, вросли в камень вокруг нас, и свет факелов слабо освещал сводчатый потолок, возвышавшийся на десятки метров над нами.

Пока я, разинув рот, разглядывала зал, Руадан уже прошёл вперёд, и его шаги эхом отдавались от высоких сводов.

Я крепче сжала руку Мэддана, всё ещё волоча его за собой на его детских ножках.

Пока мы шли, зазвонил низкий, звучный колокол. Может быть, тревога? Что бы это ни было, Руадана это, похоже, не беспокоило, и он просто шёл вперёд.

В конце длинного коридора над нами нависли ещё одни деревянные двери. Когда Руадан подошёл к ним, он снова прижал ладонь к древесине. Двери со скрипом открылись, и каменный пол зазвенел.

В этом зале серебристый лунный свет струился сквозь высокие окна на мраморный пол цвета слоновой кости. В одном конце зала стоял пустой каменный трон.

Я крепче сжала меч, чувствуя, как по коже пробегает холодок. Как именно мы смогли так легко проникнуть сюда? Руадан был членом королевской семьи, в его жилах текла особая кровь, открывающая двери, но нас объявили предателями. Похоже, у этого замка не было настоящей защиты.

И всё же, как только эта мысль промелькнула у меня в голове, по полу зашелестели тени, завитки дыма. Фантомы? Тени закружились быстрее, пока не материализовались в осязаемые силуэты.