Шрифт:
— Мы тебя любим, — говорит Сэмми. — Пожалуйста, пиши мне, если что-то произойдет, и помни, что тебе здесь всегда рады, хорошо?
Вместо утешения его слова заставляют меня чувствовать себя еще более виноватой. Он хочет, чтобы я вернулась домой, а я не хочу снова влезать в их жизнь.
Тяни — отпускай, тяни — отпускай, пока веревка не порвется пополам.
— Я вас люблю. Поцелуй Лайлу за меня.
— Обязательно. Пока, принцесса.
Когда мы кладем трубку, внезапная тишина в квартире впервые накрывает меня с головой. Я не боюсь за свою жизнь из-за того, что отец снова хочет со мной связаться, но я понимаю: я больше не хочу быть одна.
До сегодняшнего дня у меня никогда не было проблем с одиночеством. Да, я люблю своих друзей, но время для себя всегда было в приоритете.
А теперь…
Теперь мне хочется разделить часть этого времени с кем-то еще. С тем, рядом с кем я могу быть собой — со всеми своими некрасивыми сторонами.
Не задумываясь о последствиях, я снова открываю нашу переписку.
Я: Как думаешь, голеностоп выдержит поход?
Телефон вибрирует с его ответом всего через минуту.
Джеймс: Легкий и короткий — да. А почему спрашиваешь?
Я: Соскучилась по природе и хочу проверить ногу
Джеймс: Я знаю пару хороших мест. Могу скинуть локацию, если хочешь.
Вспомнив описание его профиля в приложении для знакомств, я собираю все свое мужество и отвечаю.
Я: А что если ты пойдешь со мной?
Проходит минута. Потом вторая. Индикатор набора появляется и исчезает дважды, прежде чем приходит его односложный ответ.
Джеймс: Когда?
Я: Завтра утром?
Еще одна бесконечная пауза.
Джеймс: Я заеду за тобой в девять утра
Глава 22
Джеймс
Я сдаюсь. Поднимаю белый флаг.
Больше нет смысла врать самому себе. Тем более когда я все равно раз за разом игнорирую тревожные сигналы прямо перед носом.
Я не могу держаться подальше от Мэдди. И не хочу.
Каждый день мне отчаянно не хватает ее красивых, внимательных глаз и улыбки, которая озаряет комнату, стоит ей войти. Мне хочется ее огня, ее характера. Хочется раздавить всех ее демонов, чтобы она могла светить еще ярче.
Может, со мной что-то не так. Я этого не исключаю. Ей всего двадцать один, а мне уже тридцать один, и это не самый безобидный разрыв в возрасте.
И все же я больше не могу притворяться, будто моя душа не тянется к ее душе.
Пока я жду, когда она выйдет из своего дома в девять утра воскресенья, я понимаю, что не имею права действовать на этих чувствах. Она еще ищет себя в профессии, и я не хочу вмешиваться. Она молода, и я не стану удерживать ее, если однажды она решит, что ее будущее — не в Норкасле.
Откуда бы ни взялись эти чувства, уйдут они так же легко. В конце концов, я не создан для здоровых отношений.
Я слышу легкий стук в окно со стороны пассажирского сиденья и выныриваю из мыслей, увидев то самое милое лицо, по которому слишком сильно скучал.
Прошел всего один день.
Я отпираю дверь, и она забирается внутрь, совсем не выглядя так, будто лодыжка доставляет ей серьезные проблемы.
— Доброе утро.
Ее улыбка не меркнет, пока она пристегивается, и это самый искренне счастливый вид, который я видел у нее за последние недели.
— Фух, холодно.
— Доброе утро, — я включаю обогрев и выезжаю с парковки. — В горах будет еще холоднее. Ты взяла воду и еду?
— Да и да, — отвечает она. — Может, я и не такой профи в походах, как ты, но у меня есть гугл.
Точно. Я и забыл, что указал походы среди своих увлечений в этом чертовом приложении для знакомств. Ну, не я, хотя формально это правда. Черт побери, Грэм.
— Как часто ты ходишь в походы? — спрашивает она с таким неподдельным интересом, что это невозможно не считать милым.
— Раз в несколько недель. Стараюсь хотя бы два раза в месяц.
Она тихо присвистывает.
— Ты не шутил, когда говорил, что любишь походы.
— А ты раньше ходила?
— В прошлом году ездила с друзьями из колледжа. Кларк-Хиллс, всего в часе езды. Ты знаешь этот маршрут?