Появление его курьера именно сейчас, в момент нашего абсолютного триумфа, было либо огромной удачей, либо предвестником новой кровавой бойни.

— Его обыскали? — резко бросил Лиан. Оруженосец привычным отработанным движением заслонил меня от мальчишки, положив ладонь на эфес меча.

Корвин коротко кивнул.

— Досконально. Никаких артефактов, скрытых заклинаний, ловушек или ядов. Он чист и, судя по всему, ему действительно не больше десяти лет.

Я прищурился, активируя Глаз Истины, и внимательно оглядел гибрид гоблина и тёмного эльфа. Тонкие кости, миниатюрный рост, но грация и острые черты дроу. Гордые тёмные эльфы относились к этим полукровкам с тем же нескрываемым презрением, что и к обычным зеленокожим, используя их как дешевую рабочую силу или живой щит.

Впрочем, как выяснили Ирен с Элариэной во время своей шпионской миссии в недрах Копей Кротоса, Владыка и его прихвостни были виновны в вещах куда более мерзких.

Мальчишка передо мной мелко дрожал. Хрупкий, изможденный, вдвое младше меня и размером с моих старших детей, он выглядел до смерти напуганным, но в его глазах читалась некая решимость. Вздохнув, шагнул вперед, мягко отстранив Лиана, опустился на одно колено, чтобы наши глаза оказались на одном уровне, и кивком приказал Корвину вытащить кляп. Мальчик судорожно глотнул прохладного воздуха.

— Как тебя зовут, парень? — спросил я, стараясь, чтобы голос звучал ровно и спокойно.

Он затравленно опустил взгляд в землю, не смея смотреть мне в глаза.

— Моё имя не имеет значения, судья, — его голос ломался, но он старался держаться стойко. — Я принёс послание от моего господина, Асанор’линадала Гилесина, известного как Владыка. Как только слова будут переданы, вы вольны отпустить меня обратно… или… — он сглотнул подступивший ком, — или казнить, как сочтете нужным.

Я покачал головой. Внутри закипала глухая обжигающая злость на тех, кто ради собственной безопасности посылает детей на верную смерть. Как же это в духе трусливых интриганов, прячущихся в глубоких тенях!

— Тебе здесь ничего не угрожает, — твердо пообещал я, вкладывая в слова толику силы. — Никто тебя не тронет, выкладывай свое сообщение.

Судя по монотонной интонации, текст юный дроублин зазубрил наизусть. Мальчик выпрямился, насколько позволяли путы, и начал декламировать с пугающей механической точностью, явно копируя чужие высокомерные интонации.

'Судья.

Поздравляю вас с успешной организацией падения Малина Медобрука. Поистине мастерская работа, особенно учитывая те жалкие ресурсы, что изначально были в вашем распоряжении. Ваш Теневой крестовый поход, должно быть, неустанно трудился, чтобы добиться этого.

Несмотря на то, что вы причинили мне значительный ущерб, как финансовый, так и в виде потерянных бойцов, я не стану предпринимать против вас никаких ответных агрессивных действий, меня совершенно не интересует жизнь на поверхности, да и, откровенно говоря, достаточно взглянуть, чем обернулась для Малина его попытка потягаться с вами.

Я безгранично уверен в своих силах и ресурсах, но какую выгоду получу, если рискну?

Поэтому даю вам один-единственный совет: держитесь подальше от Копей Кротоса, Астеллар я вам так и быть великодушно уступаю. Он находится на самом краю моей территории и, по сути, давно уже стал наземной колонией, не говоря уже о том, что вы, ослепленный глупой верностью своей супруге, будете защищать его с фанатизмом. Но не смейте заходить дальше в мои владения, иначе вы увидите, какая огромная сила на самом деле скрывалась за Малином Медобруком.

Мне доставляло удовольствие вмешиваться в дела поверхности, и это было весьма прибыльно, но поверхность остается поверхностью, а подземелье подземельем, и нет никаких сомнений в том, что лучше.

Давайте останемся при своих интересах, и тогда между нами больше не возникнет никаких проблем.

Г.'

Мальчишка замолчал, с трудом переводя дыхание, словно сбросил с плеч неподъемный груз.

Я медленно поднялся на ноги, прокручивая в голове услышанное. Всего одна буква, инициал фамилии Гилесина, но за этой буквой стояла подавляющая мощь, способная стереть нас в порошок, если мы проявим слабость или неосторожность. Письмо от Владыки оказалось не просто предложением перемирия, он чётко очертил границу, через которую нам не стоило переступать.

Ледяной коготь страха на мгновение сжал моё сердце, мысль о безопасности жён и детей, ради которых всё это затеял, всегда была моей скрытой уязвимостью. Жить в постоянном ожидании удара в спину от очередного высокоуровневого хрена из подземелий — сомнительное удовольствие.

Но я тут же задавил эту эмоцию, глубоко вдохнув свежий дневной воздух, смешанный с запахами праздничного костра и жареного мяса. Хрен им всем! Мы выжили, сокрушив Консорциум и стерев империю Малина в пыль!

Сегодня день нашей абсолютной победы, когда я мог с чистой совестью выдохнуть, а с новыми монстрами, высокомерными Владыками и их угрозами разберёмся завтра.

И черт возьми, если это предложение действительно искреннее, то у меня с души свалился целый континент! Облегчение накатило приятной волной, я кивнул мальчишке-посланнику и попросил его повторить сообщение с самого начала, пока Ирен, закусив губу от усердия, торопливо записывала каждое слово на пергамент. Скрип ее пера казался невероятно громким в наступившей тишине.

Посланник был уже на полпути к концу своей речи, когда мое зрение внезапно застлало полупрозрачным синим экраном, перед глазами замигали строчки системного лога.