— А разве он не придется? — тихо спрашиваю я ее. — Я имею в виду, когда он достаточно подрастет для занятий.

Ее глаза блестят, когда она смотрит на брата.

— Не придется, если я стану рыцарем, — яростно отвечает она. — Сейчас он живет с другими детьми, но рыцарям выделяют отдельное жилье. Там можно жить с семьей. Я обещала маме, что сберегу его.

Уж кто-кто, а я-то кое-что знаю об ответственности перед семьей.

На мгновение мне кажется, что в грязи сидит не Бреккан, а маленький Андри. Если бы мы не были покровителями, это могло бы стать судьбой моей семьи, когда умер папа. Будущее скольких людей зависит от Инквизитора просто потому, что им больше некуда идти?

— А как же ты? — спрашиваю я. — Хотела бы этого для тебя твоя мама?

Какое-то время она молчит.

— Здесь безопасно.

Что-то в ее голосе заставляет мой желудок сжаться.

— Дома вы не были в безопасности?

— Больше нет. Не после смерти мамы. Не после… — Она трясет головой, словно сбрасывая паутину мыслей, а затем лучезарно улыбается. — Нам некуда было идти. Пришлось покинуть нашу деревню. Слава Звездам, мы добрались сюда.

— Но разве Инквизитор не заставит Бреккана вступить в ряды воинов? — мой взгляд скользит к лестнице, проверяя, не идет ли он.

Она хмурит брови.

— Он не заставляет никого из нас.

— Ладно. — Не уверена, что вылавливать детей, у которых нет других вариантов, можно назвать свободой выбора.

— Серьезно, — настаивает она. — Половина детей, попадающих сюда, уходят, получив лишь образование. Звучит, наверное, не очень впечатляюще.

Талиесин говорил, что они должны быть грамотными, должны понимать, за что сражаются, прежде чем вступят в вооруженную армию. Почему-то он забыл упомянуть, что у них есть выбор.

— Вообще-то, звучит как раз очень впечатляюще… Просто я удивлена. — Могу в этом признаться, пусть я и не до конца понимаю финансовую подоплеку всего этого. — А рыцари получают возможность изучать магию.

Она ухмыляется.

— И это тоже.

И в этом наше главное различие. Ши хочет магию. Я же с содроганием жду того дня, когда в моей крови наконец проснется моя.

Дверь бани с грохотом распахивается, оттуда выскакивает Инквизитор и обводит территорию взглядом. Его глаза останавливаются на мне. На его лбу залегает складка, когда он замечает, с кем я. Я морально готовлюсь отвечать за то, в каком грехе провинилась на этот раз. Но, подойдя к нам, он опускается на одно колено, чтобы посмотреть на художества Бреккана.

— Неплохо, но ты забыл хвостик у «G». — Он указывает на букву, и Бреккан склоняется, чтобы поспешно это исправить.

— Извините, что… — Ши снова начинает извиняться, но Инквизитор отмахивается.

— Ничего страшного. Я все собирался проверить, как у вас дела. Навалилось много работы. Был по уши занят.

Убийствами. Знамениями войны. Ну и возней со мной в целом.

— Арден мне помогла, — подает голос Бреккан. Он опускает взгляд на мое имя в грязи. — Ты придешь еще, если я научусь писать твое имя?

Я не могу удержаться от улыбки и киваю.

— Да, но только если ты продолжишь учиться писать все остальные буквы.

— Продолжу. — Он жует губу, а его глаза мечутся между мной и Инквизитором. — А если научусь, принесешь мне в следующий раз настоящую книгу?

Не успеваю я ответить, как Инквизитор ерошит ему волосы.

— Выучи все буквы, и я принесу тебе целую стопку.

Бреккан просто сияет, и даже Ши выглядит благодарной. На секунду я вижу Инквизитора их глазами: не как покровителя или Инквизитора, а как героя.

Инквизитор встает, стряхивая грязь с колен.

— Готова уйти отсюда? — спрашивает он меня.

Я киваю, но прежде чем уйти, оборачиваюсь к Ши.

— Береги его, — говорю я ей, и она серьезно кивает.

Когда мы направляемся обратно в Мирадорес, снова начинается дождь, но Инквизитор даже не спрашивает, хочу ли я воспользоваться потерной. Мне интересно, думает ли он сейчас о том маленьком мальчике, или уже снова переключился на мрачные размышления о чем-то другом.

Мои мысли вертятся вокруг слов Ши о том, что они дают этим детям образование.

— Почему ты это делаешь? — наконец спрашиваю я. — Зачем ты им помогаешь?

Он пожимает плечами, глядя куда-то вдаль перед нами.

— Когда-то мне тоже помогли. Думаю, я в долгу перед мирозданием.

Больше он ничего не объясняет, а я не настаиваю.

К тому времени, как мы добираемся до моста, дождь превращается в густую морось, и туман скрывает поместье из виду.

— Удивлена, что Беллаторум не построили прямо здесь, — говорю я, пытаясь поддержать беседу. — Разве он не должен защищать твое поместье?