Все рецепторы монстров мгновенно забились ложными сигналами, для них эта жидкость была сродни галлюциногену. Впрочем, и для глурров тоже, но союзникам помогали кожные симбионты со стяженем, так что организм справлялся. Воинство успело выбежать на песок, в то время как тинарийцы бешено клацали зубами на мелководье, провоцируя противников выйти к ним и сразиться как подобает.

— Сбрасывайте фугасные бомбы, — велел я.

Абросимову подали сигнал зелёной ракетницей. Вот тогда ловушка захлопнулась. Тысяч пять озлобленных морских монстров познали на себе, что такое ударная волна.

Вода — это несжимаемая среда, поэтому энергия взрыва передаётся телу почти целиком. Резкий перепад давления вызывает баротравму и наносит непоправимый вред плавательному пузырю, жабрам и кровеносным сосудам.

— Да! Да! Летите мои младенчики, летите мои фугасики! Это симфония, вы слышите? О да-а-а… Как же прекрасно! — учёный, что был с нами на скале, чуть было не свалился с края, вздымая руки к небу.

От вида пикирующих виверн, сбрасывающих в воду его творения, у него из носа пошла струйка крови.

— Куда лезешь, чокнутый ты чебурек, совсем дубу дал? — Мефодий успел схватить его за шиворот, как котёнка.

— Моя первая за десять лет работа в поле. После такого можно и умереть, — пустил слезу седой Крапивкин, волосы у того росли только по краям, а сморщенная пятнистая макушка оставалась лысой.

Тех, кого не убило сразу, контузило. Тинарийцы повсплывали кверху брюхом. С берега вода сначала отхлынула, втягиваясь в газовый пузырь, а потом накатила волной обратно. Поэтому я и велел оттуда убраться повыше, нас бы снесло. Глуррам в этом плане легче — океан их дом родной.

После бомбардировки К’таар с товарищами устремились добивать оставшихся в живых, а наши виверны «рыбачить» — цапали когтями туши, затем выбрасывали далеко на берег. В хозяйстве пригодится. Есть человечину не комильфо, но вот остальные части чудовищ вполне можно приспособить если не на войне, то в быту.

Приблизительный вес тинарийцев от шести до восьми тонн. Внешне они напоминали уродливых русалок: акулоподобная морда, раскрывающийся на спине плавник, длинные мускулистые руки с когтями, плотно прилегающие к телу во время движения, вместо ног широкий плавник — потому на сушу бессильны выйти. Иначе бы уже начали свою экспансию на древоточцев.

Учёные из Бюро Естествоиспытателей чуть позже взяли на вооружение прочную и износостойкую чешую, но главный улов — это кости. Измельчённые в муку и прошедшие обжиг они идеально сочетались с огнеупорным асписом из которого была сложена межмировая доменная печь кузнеца Выжиги.

Сейчас из асписа строился мой дворец. Очень медленно. Потому как материал непластичный, требовал чудовищных вливаний магической энергии и мощных земельных заклинаний. Над процессом возведения корпели «А»-ранги, кадетам такое не по зубам.

С костной мукой из тиранийцев все издержки строительства устранились, а это значит, Таленбург постепенно начнёт меняться, вытесняя обычный камень огнеупорным асписом. Мы как будто открыли шлюзы в плотине.

Глурры отлично поработали приманкой, но и не забыли нас отблагодарить. По зачищенной от врагов территории мигом в разные стороны поплыли подводные сборщики, набивая корзины упругими лентами водорослей, ракушками, связками коралловых ветвей, красивыми камушками и прочим исследовательским материалом.

Отдельного внимания заслуживала глубоководная жила из «стеклянного» металла, как быстро его обозвал Александр. С нашими инструментами и магией подводному народцу удалось вытащить на поверхность порядка полутонны этого сокровища.

Из него они частенько делали наконечники для своих копий, но сложность заключалась именно в отколе кусочка от общей массы. Затем стачиваясь о камни, он проходил длительную обработку на суше. Это было опасное предприятие, ведь древоточцы могли напасть в любой момент, пока ты занят.

Одну единицу оружия глурры производили непозволительно долго, потому и проиграли тинарийцам.

Металлом мигом заинтересовался Крапивкин, что-то бормоча себе под нос. Мы собирали трофеи до глубокого вечера, пока не приплыло подкрепление монстров. Однако они, в отличие от неудачников-товарищей, не спешили нападать. Чуяли много крови в воде. Крови своего вида. Тинарийцы взяли берег в полуокружение на почтительном расстоянии и наблюдали.

Ничего, им ещё многое предстояло испытать. Прямо сейчас отнимать водные владения никто не планировал, но с этого момента началась наша кампания вглубь неисследованного океана. Мы будем приходить, бить тинарийцев, собирать ресурсы, снова уходить, копить силы и опять возвращаться. Наши учёные исследуют их тела, подыщут уязвимости и создадут новое оружие — работы здесь навалом.