Сам Никифоров довернул крылатую машину смерти на встречный курс и потянул ручку на себя. Заслонки карбюратора открылись, мотор взревел от хлынувшей в цилиндры обогащенной смеси, линия горизонта опрокинулась, ушла по крыло. Прямо перед летчиком синее небо и перистые облака в бесконечной выси. Перегрузка вдавила в кресло, вектор тяготения сместился. Истребитель свечей пошел в небо.

На «двух тысячах двести» Кирилл перешел в горизонталь и отпустил ручку. Его захватило то самое пьянящее чувство полета, он слился с машиной, ощущал каждой клеткой ритм мотора, нагрузку на элеронах и рулях, слышал свист воздуха, тонкое пение нервюр и профилей набора. Он сам стал истребителем, разящей стремительной дюралевой птицей со стальным мотором и смертоносными стимфалийскими перьями четырех крыльевых пушек.

Полуэскадрилья приближается. За хвостом «Кречета» капитана разгоняются и разворачиваются перед атакой волчата первой истребительной. Соблазн слишком велик, Кирилл делает то, что не должен, но никто не осудит. Мощная машина ревет мотором, рвется в атаку как рыцарский конь. Одинокий истребитель и плотный строй бомбардировщиков стремительно сближаются. Атака лоб в лоб.

Ведущая «Гагара» растет на глазах. Нажатие пальца снимает пушки с предохранителей. Тот самый момент, когда уже можно и нужно давать первый залп. Или слегка довернуть и постараться прошить одного из ведомых. Иногда такое срабатывает. Если у тебя стальные нервы, точный глазомер и выбрано упреждение можно снять противника одной короткой очередью.

Он уже близко. Через прозрачные круги пропеллеров за плексигласом видно напряженное лицо Растова. Никифоров легко тянет ручку на себя и проходит над бомбардировщиком. Теперь сектор газа до упора и рули на себя. «Кречет» прыжком выскакивает из прицелов стрелков. остается погасить скорость бочкой, затем переворот через кабину и проход с пикированием. Подопечные подпоручика молодцы. Так и прут прямо, держат строй крыло к крылу. У всех оружие «сухое», патронов нет, иначе одинокий истребитель встретили бы огненные струи тяжелых «берез» из задних точек.

— «Яйценосы», молодцы, — Никифоров сам доволен подопечными. — Боевой курс на усмотрение командира.

Лукавит Кирилл Алексеевич, до буксира с плотами «Гагарам» еще минут десять телепать. Истребитель наставника отрывается от строя, уходит на высоту, чтоб занять удобное место с видом на сцену. Первая истребительная атакует четко по наставлениям. Все парни не совсем птенцы, налет хороший, потому им разрешили работать синхронно звеньями. Две четверки заранее набрали высоту и атакуют с пикирования. Мощные моторы разгоняют истребители свыше 700 км/ч. Атака сжимается в тягучие свинцовые секунды. Сжирающие нервы сжатые пружины скоростного сближения. Одновременно одно звено атакует с нижней полусферы.

Истребители красиво расходятся в воздухе, проскальзывают мимо строя пикировщиков. Затем набор высоты, разворот и новая атака с пикирования на разгоне. Этакие высотные качели в исполнении пушечных убивцев. Истребители действуют четко. Несмотря на сумасшедшие скорости, дистанцию соблюдают, парни явно по сторонам смотрят, опасных сближений нет. Зато пикировщик на левом фланге отвернул в сторону и оторвался от строя.

— Всем брейк! Повторяю, вернуться к патрулированию, — громко, с нажимом на общей волне авиаотряда.

Замечаний, претензий у капитана Никифорова нет. Подпоручик Растов сам вставит фитиль дрогнувшему пилоту.

К району учений подходит еще одна эскадрилья. На зюйд-осте должны появиться торпедоносцы. План расписан по минутам. Пока люди его выдерживают.

Шестерка пикировщиков заходит на цель с кормового курса. Последовательно, цепочкой машины пикируют одна за другой. Кирилл дорого бы дал чтоб не оказаться в этот момент на буксире. Вроде бы меры безопасности соблюдены, трос достаточной длины, но все в этой жизни бывает. «Апостолы» так еще не чудили, но слухами земля полнится, по воде звук моментально передается, были случаи, когда чугунные учебные болванки клали чуть ли не у борта буксира.

Сегодня все отбомбились в районе мишеней, так скажем. Только бомба с третьего самолета ударила точно в середину плотика, к небу с брызгами взлетели обломки бревен. Фиксацией результатов Кирилл не утруждался, для этого есть наблюдатель на буксире и командир группы отслеживает действия своих людей.

В целом очень даже неплохо отбомбились. Однако, следует учесть размер плотиков, черепашью скорость буксира. Цель не маневрировала и не вела бешенный огонь из автоматических зениток. В реальных условиях боя скоординированная атака полной эскадрильи не всегда приводит к прямому попаданию. Бывает и наоборот. Сам Кирилл наблюдал, как асы пикировщики выстреливали бомбами прямо в дымовые трубы.

— «Яйценосы», «Клювики», доложить по топливу.

В эфире оживленная перекличка. Кирилл довольно усмехается, воевавшие на «Турах» и «Единорогах» парни часто забывают о такой суетной вещи. Так и получилось, истребители отрапортовали четко и быстро. Штурмовики замешкались.

— Разрешаю возвращаться на палубу. Прокладку курса и выход на посадочную глиссаду выполнять самостоятельно, — Никифоров отдает последнюю команду. У него на очереди очередной учебный бой.

Команда конечно несколько некорректная, но оно простительно. На палубу никто не возвращался. Люди авианосца эскадрильями и полуэскадрильями взлетают с Комендантского. Затем прокладка маршрута, выход в район учений, атака на цель. Вот посадка действительно на авианосец. Для некоторых это первая посадка на палубу в море. Для всех первая посадка на корабль, который станет их домом, крепостью и Землей Обетованной.