Вице-адмирал Спрюенс уже прикидывал, где может находиться столь удачно вогнавшее ему навагу под ребра русское соединение, но из радиорубки сообщили о срочной передаче по УКВ. Да, те самые взлетевшие с «Чесмы» ударные самолеты нашли легкий авианосец «Белло Вуд». Эскорт сумел отбить атаку, но три эсминца и крейсер «Кливленд» потеряли ход. Их придется бросить.

16 июня 1944. Алексей.

На позиции одного из взводов Рихарда ждал интереснейший сюрприз. Третий батальон. Командир колоритнейший Грегор Саперанидзе прекрасный человек, умеющий и любящий понравиться начальству. Вынесенная вперед авангардная позиция. На краю леса цепочка стрелковых ячеек. Мускулистые чернокожие добровольцы яростно вгрызаются ломами и лопатами в землю, оборудуют позиции пулеметов и базук.

На фланге разворачиваются две 57-мм противотанковые пушки. Рядом в кустах тягачи «Додж WC-52». Все правильно, авангардная позиция. Они должны обозначить оборону. Принять первую атаку. Если противник попрет серьезно, быстро сняться и откатиться, заманить русских в огненный мешок.

Ротный первый лейтенант Махони встретил командира у окопов. Сам он размечал огневой сектор крупнокалиберного пулемета.

— Вольно, лейтенант, — Рихард добродушно улыбнулся и поднял раскрытую ладонь. — Давай показывай. Царебожники не беспокоят?

— Пытались лаптеногие. Было что-то вроде прощупывания. Мы их отогнали огнем.

— Хорошо. Связь есть? Где твой командный пункт? Телефон? Провод раскатали?

— Раскатывают и подключают, — лицо лейтенанта усталое, но глаза светятся. — Сэр, идемте за мной.

Да, лейтенант не дурак. Устроился в лесу, но позиция с великолепным обзором. Для Махони уже рыли окоп полного профиля. Здесь же двое парней возились с полевым аппаратом связи. Ротная рация за обратным скатом заросшего колючками холмика. Маскировочные сети натянуты.

Рихард удовлетворенно хмыкнул, заложил пальцы за пояс и двинулся к низине с машинами. Вот здесь явно люди ленятся, не стали натягивать сети и маскировать технику. Непорядок, но может быть банально времени нет.

— Что это? — лицо Бользена окаменело.

В стороне рядком лежат тела. Явно свежие.

— Почему не доложили о бое?

— Не было боя. Захватили каких-то тыловиков.

Из-за дерева донесся протяжный полный муки стон. Рука Рихарда легла на рукоять револьвера. Державшийся рядом лейтенант Теклбери снял с плеча самозарядку «Гаранд».

Вытоптанная площадка. Прямо на земле распяты три женщины. Голые конечно. На бедрах кровь. Руки и ноги растянуты веревками. Брюнетка справа застонала и приоткрыла глаз.

— Твои обезьяны, лейтенант? — от тихого голоса и взгляда Рихарда ротный вздрогнул.

— Так точно. Не удержал.

— Понятно, — Рихард помнил из кого он сам комплектовал целые взводы и почему именно эти люди оказались на передовой позиции. — Добить и закопать. Ты мне сегодня же принесешь рапорт. Все точно расписать. Обязательно указать отличившихся. Подробностей не надо.

Лицо лейтенант Махони приобрело привычный цвет. Угроза миновала. Полковник Бользен потерял интерес к жертвам расправы. Так со стороны выглядело. На самом деле полковник заметил в кустах белый халат с красным крестом. Негры медичек оприходовали.

Что ж, Коминтерн требовал обеспечить чернокожих героев. Рихард и раньше относился таким запросам с изрядной долей цинизма, а сегодня у него вдруг появилось горячее желание исполнить просьбу со всем старанием. Тем более, ничего особого и не требовалось. Все уже спланированно.

Если у коммунистов есть свой особый Бог, то сегодня он проявил интерес к первому полку «Лафайета». Со своим особым божественным юмором, понятно. Пока Бользен осматривал позиции, на командном пункте его ждали две новости.

Первой оказалась женщина в форме, с грубыми чертами лица и пронзительным взглядом. Дама предъявила документы об аккредитации и представилась как Ли Миллер, корреспондент журнала «Воки».

— Вас прислал штаб дивизии? — в голове Рихарда Бользена уже родилась интересная идея.

— Я догнала вашу дивизию на марше. Генерал-майор Пибоди оказался очень любезен и сказал, что именно вы можете мне показать зверства и военные преступления русских.

— За военными преступлениями вам надо к танкистам, они ушли в прорыв. По их следам вы и сможете посмотреть, что творили в зоне оккупации европейцы. Мой полк встал в оборону. Но я могу вас познакомить с нашими героями.

— Пойдет, полковник, — журналист протянула руку.

На счет того чтоб держать журналистку при штабе Рихард даже не заикался. Он уже слышал об этом человеке, та женщина, что немало мужчин за пояс заткнет. Лучше не надо.