Стоило первой волне выдохнуться, как на взлет пошли самолеты русской 4-й воздушной армии и 3-го воздушного флота Германии. Англичане тоже бросили в бой резерв, с ними крыло к крылу шли немногочисленные эскадрильи с французскими опознавательными знаками. Да, их было мало, но само их участие в наступлении стоило куда больше фугасов в бомбоотсеках. Единство Европы, то самое, тяжелая поступь стальных батальонов Старого по названию, но молодого по духу континента.

На «Выборге» боеготовность снизили до походной. Авианосец с эскортом шел экономичным. Полеты прекратили. На палубе осталась дежурная эскадрилья.

Самолеты проверены, изготовлены к вылету, оружие снаряжено, ленты подвешены, баки под завязку. В случае тревоги на прогрев моторов и последнюю проверку техники отводятся считанные минуты. На весну 44-го все привыкли, что авианосец в любой момент должен выстрелить в небо очередями рассерженных шершней. Корабль с машинами в ангаре как барышня, запутавшаяся в юбке, или солдат со спущенными штанами.

Штабс-капитан Никифоров относился к таким паузам с философской флегматичностью. Раз понизили боеготовность, значит будем жить. Пока время есть, можно ухватить часок простого человеческого удовольствия. Не все же война, надо жить пока дают возможность.

Техники давно оборудовали в носовой части ангара настоящий тренажерный зал. Да, на легком авианосце теснота невообразимая, куда там строившемуся как крейсер «Выборгу» до простора палуб новейшего стального левиафана «Фельдмаршал Миних». Однако человек тварь такая, ко всему приспосабливается, может даже Ад обустроить в человеческий вид, превратить котлы с кипятком в сауну, а чертей заставить пиво варить.

С пивом на боевом корабле все плохо, многие завидовали немцам, у которых это обязательный суточный рацион, на кораблях даже пивные цистерны ставят, однако для мышечной радости с железом техники и моряки нашли уголок между противопожарной отсечкой и мастерской оружейников. Штанги, гантели, гири сделали сами или притащили с берега. Умельцы смастерили настоящие тренажеры, не хуже, чем заводские. Все с высочайшего благоволения и с прямой поддержкой начальства.

К спорту в России отношение особое, если великие князья не брезгуют на олимпиадах выступать, то и простым людям не грех, а самая что ни на есть польза. Мода штука такая, она разуму и высоким материям неподвластна. А раз аристократия спорт уважает, то желающие скопировать барский образ жизни всегда найдутся.

Кирилл тратил свободное время с пользой не только для тела, но и для души. Вдумчивая работа с железом выматывает, не оставляет сил на переживания и терзания. Без этого дай мыслям волю, нет да вернутся к тому дню, когда Инга махала с борта отчаливающего «Петергофа». Отпустил любимую, от сердца оторвал, и знал, что так лучше. Впрочем, на душевном настрое понимание сего факта не особо сказывалось.

— Командир, подстрахуй, — Николай Зеленов резким движением зафиксировал замок на штанге.

— Повышаешь?

— Пятый подход. Просто стой рядом.

Кирилл молча кивнул, отвлекся от созерцания ряда гантелей в фиксаторах и подошел к скамейке для жима. Упражнения со штангой на корабле иногда требовали изрядной сноровки. Качка она самая. Опускающаяся и поднимающаяся палуба под ногами регулярно вносила в тренировки неожиданный гравитационный компонент. Элементарная механика, но с ней случались неприятные казусы.

— Освобождаю, — прозвучало вслед за громким лязгом тренажера. Павел Стоев перебросил ногу через балку и попытался встать, хватаясь за стойку. Кирилл только скривился, все же не стоит так нагружать ноги, рвать связки и мышцы, когда в любой момент могут поднять всех в небо.

Коля спокойно выжал штангу четыре раза.

— Помочь?

Еще два жима. Летчик удерживал в руках гриф, хотя давалось это ему нелегко. Мышцы на плечах и руках напряглись, набухли узлами. Еще одна попытка. Тяжело, с напряжением, с вздувшимися на лбу венами, с резким криком, но мужчина выжал штангу. Кирилл придержал гриф и помог поставить на стойки.

— Спасибо, командир. Сам работать будешь?

— Нет. Разбирай, — Никифоров подхватил две полуторапудовые гири и легко поднял на уровень плеч. Он придерживался новомодной методики с последовательной нагрузкой всех мышц, с крупных до малых.

Комэск не успел сделать и трех упражнений, как завыла корабельная сирена.

— Боевая тревога! Разбираем! Крепим! Побежали!

Летное обмундирование пилоты держали в ангаре под самолетами. Так быстрее. Не нужно нестись по коридорам, скатываться и взбегать по узким крутым трапам чтоб заскочить в каюту или кубрик. Секунды продлевают жизнь. Это давно все выяснили на чужом опыте.

Резервные эскадрильи собрались в ангаре. Парни из третьей ждали команды на палубе у своих машин. По усилившемуся гулу из низов, резким ударам волн в скулу чувствовалось — авианосец набирает скорость.

Никто ничего не знал. Новички еще пытались достать старших вопросами, но их быстро обрезали. Раз задачу не ставят, то и думать, гадать смысла нет. Так проще и полезнее для нервов.

Кирилл подмостил под себя парашют и прислонился к стойке своего верного «Кречета». В планшете стопка писем. Все конверты взрезаны.