В игре это было просто. Босс после починки становился нейтральным, стоял и ждал. Ты подходил, бил, он падал, с него выпадало зерно. Никто это даже не обсуждал, это была часть прохождения, как открыть сундук в конце.

А тут пятитонная махина, которая вообще-то монстр, надавала нам царских подарков. Сайрус, кажется, очень рад, хоть это и не показывает. Да, я точно вижу, что рад — я говорил, что я главный эксперт по эмоциям Сайруса?

Да и алебарда хороша, а куб, который позволяет гнать масла — вообще золото. Вполне конкретный способ очень много заработать денег и усилиться.

Я посмотрел на затылок, откуда поднималось марево жара.

Щели зияли черными провалами. Даже с новой спиной он убивался ровно так же, как любой латник: подойти, залить, отойти. У нас три с половиной литра масла, а щели тут такие, что хоть из фляги лей.

Пара минут работы, и офигенное зерно. Которое я либо себе возьму, если броня — уж договорюсь с напарниками, либо полтысячи золотых. Что, в принципе, мелочи, если найти в разломе подходящие ингредиенты, которые совсем не редкость, и перегнать их все в масло.

Я подумал, что, вообще-то, могу просто промолчать. Никто меня за язык не тянет, план я озвучил в коридоре, но с тех пор много чего изменилось, и все всё видели своими глазами. Но вот теперь дело ведь не в деньгах даже.

Оставался вопрос, который никто из нас так и не поднял, как бы я на это ни надеялся. Мы в разломе, и отсюда нет выхода. Нет выхода, пока босс не умрёт, точнее.

И думать о том, что попутно с проблемой выхода выпадет зерно и подскочит закалка, было откровенно мерзко. И я пытался не думать, оно само.

Но чёрт возьми, это монстр. Хоть и довольно милый, и странно, что мне в голову лезет такая характеристика. Это гребанный босс разлома, а не ребёнок! Бесит.

— Мастер Корн.

— Что?

— Пора лить масло.

— Ты с ума что ли от жадности сошёл, партнёр?

Корн поднялся с земли так быстро, что я даже отступил на шаг.

— Это мастер своего дела! Он умнее половины моих коллег по цеху, а ремесло знает так, что мне тут стоять и завидовать! Ты хоть понимаешь, что он сделал? Понимаешь?!

— Мастер Корн…

— За какое-то зерно! — Он махнул рукой в сторону наковальни. — Да этот куб любой столичный цех у меня с руками оторвёт и не спросит, откуда он взялся!

— Не по-людски это как-то, — вставил своё и Сайрус.

Ну вот, дожили.

Наёмник, который резал клановых без особых раздумий, которые, между прочим, такие же люди, как и он, а не монстры. Который на мой вопрос про верных людей ответил, что верных не бывает. Вот он стоит и объясняет мне, что убивать монстра — не по-людски.

Я даже не сразу нашёлся, что сказать.

— Вы думаете, мне приятно? — Получилось громче, чем я хотел. — Мне вообще-то тоже не хочется. Только мы в разломе. И отсюда нет выхода.

Тишина.

— Разлом открывается, когда босс умирает. Так было в игре, так было у обезьян, и другого способа я не знаю. Мы можем сидеть тут хоть неделю, пока вода не кончится, а потом всё равно придётся это сделать! Или сдохнуть.

Корн открыл рот и закрыл.

И на этом, по-хорошему, всё должно было закончиться.

Я поймал себя на том, что смотрю в сторону наковальни. Босс стоял к нам лицом. Обе его синие прорези смотрели, казалось, прямо мне в глаза. Он стоял и слушал, как я объясняю, что его надо убить.

Секунду я всерьёз думал, что он сейчас нападёт. Пять тонн, три с половиной метра, между нами метров десять и ни одного укрытия. Успею я хотя бы отпрыгнуть?

Он стоял.

— Ты говорил, тут будет сердце разлома, — сказал Сайрус.

Я обернулся.

— Что?

— В коридоре говорил. Старику. Что в этом разломе пусто, но у босса будет сердце. — Он смотрел не на меня, а куда-то мне за плечо. — Где оно?

— В горне, наверное. Обычно там.

Я показал на центральный, самый крупный горн, которым, собственно, босс и пользовался.

— А если его сломать?

Я даже не понял сначала.

— Что сломать?

— Сердце. — Сайрус наконец перевёл взгляд на меня. — Разлом от него держится. Сломаем сердце — может, откроется.

Вот тут я и полез объяснять.

— Не работает так. Сначала босс, потом сердце. Всегда в таком порядке. Там, где я это узнал, до сердца вообще нельзя было дотронуться, пока босс жив, оно просто не давалось в руки. Это не я придумал, это…