Бритта, которая поначалу шарахалась от зверя, теперь разговаривала с ним, как с большой собакой.

— Скади, подвинься, — ворчала она, когда волк разлёгся у самой колыбели. — Мне пройти нужно.

Волк флегматично переводил взгляд на неё и не двигался. Бритте приходилось перешагивать, и она делала это с таким видом, будто всю жизнь только этим и занималась.

Айрин за этим было забавно наблюдать. Замок, некогда мрачный и пустой, наполнился жизнью — пусть и такой странной, как волчье присутствие. Люди уже не боялись. Привыкли.

Но в мире за стенами замка всё было не так спокойно.

– --

В середине зимы приехал лорд Харальд.

Он явился не один: с ним был небольшой отряд и сани, гружённые припасами. Айрин встретила его во дворе, закутавшись в плащ, и лорд, спешившись, поклонился ей с неожиданной учтивостью.

— Герцогиня, — произнёс он. — Вы всё хорошеете, несмотря на северные морозы.

— Вы мне льстите, лорд Харальд, — улыбнулась она. — Это просто румянец от холода.

— В таком случае, холод вам к лицу. — Он оглядел двор, заметил Скади, сидящего у крыльца, и приподнял бровь. — Вижу, слухи не лгут. Волк в замке.

— Вас это не пугает?

— Меня сложно напугать, герцогиня. — Он усмехнулся. — Хотя, признаться, слышать об этом и видеть своими глазами — разные вещи.

Лейф вышел им навстречу, и мужчины обменялись крепкими рукопожатиями. Айрин заметила, что между ними установилось что-то вроде дружеского взаимопонимания — насколько это вообще было возможно между двумя суровыми северными лордами.

За ужином Харальд рассказал новости.

— Король собирает армию, — сообщил он, разрывая кусок хлеба. — Не спешит, но делает. К весне у него будет тысячи три мечей, не меньше. Плюс наёмники с юга.

— Три тысячи, — повторил Лейф, и лицо его помрачнело. — Против наших пяти сотен.

— Да, расклад не в нашу пользу. Но у нас есть то, чего нет у короля.

— Что же?

Харальд откинулся на спинку стула.

— Север. Он на нашей стороне. Зима, горы, леса — всё это будет сражаться за нас. Король приведёт своих людей через перевалы, а там их встретят метели и наши засады. — Он усмехнулся. — И, конечно, волки.

— Волки? — переспросила Айрин.

— Люди говорят, что стаи собираются у Западных гор. Что-то тревожит их. — Харальд перевёл взгляд на Скади, лежащего у камина. — Возможно, они чувствуют приближение войны. А возможно — своего наследника.

Айрин похолодела.

— Вы думаете, это из-за Тарина?

— Не знаю, — честно ответил Харальд. — Но на Севере всё связано, герцогиня. И волчья кровь — не просто слова. Если Тарин действительно последний из рода Волков, его сила может пробудить такие вещи, о которых мы и не подозреваем.

Лейф сжал кубок.

— Ты предлагаешь нам бояться собственного сына?

— Нет. — Харальд посмотрел ему в глаза. — Я предлагаю вам использовать это. Если волки пойдут за Тарином, у нас будет армия, которой нет у короля.

В зале повисла тишина. Айрин переглянулась с Лейфом и увидела в его глазах то же сомнение, что терзало её.

— Тарин — ребёнок, — произнесла она. — Он не может вести армию.

— Сейчас не может, — согласился Харальд. — Но он может быть символом. Знаком того, что Север не сдастся. И люди, и звери пойдут за этим знаком.

Лейф долго молчал, обдумывая его слова. Потом медленно кивнул.

— Мы подумаем об этом. Но никаких решений без Айрин. Она — мать Тарина, и её слово решающее.

Харальд перевёл взгляд на Айрин, и в его глазах она увидела нечто похожее на уважение.

— Разумеется, герцогиня. Я бы и не посмел настаивать.

– --

Позже, когда гости разошлись, Айрин и Лейф остались вдвоём.

— Что ты думаешь? — спросила она, глядя на огонь.

— Думаю, Харальд прав. Тарин — не просто наш сын. Он — символ. И чем раньше мы это признаем, тем лучше.

— Но он ребёнок. Ему и года нет.

— Поэтому мы будем защищать его, пока он не вырастет. А когда вырастет — он сам решит, кем быть. — Лейф взял её за руку. — Мы не будем его использовать, Айрин. Но и прятать от мира не сможем. Мир сам найдёт его.

Айрин прижалась к нему, чувствуя, как его тепло разливается по телу.

— Я боюсь за него, — прошептала она.

— Я тоже. — Он погладил её по волосам. — Но страх — это часть любви. Главное, чтобы он не парализовал нас.

Она подняла на него глаза.

— А если волки действительно пойдут за ним? Что тогда?

— Тогда мы пойдём вместе с ними. — Он улыбнулся. — Как одна большая северная семья.

Айрин невольно рассмеялась.

— Ты невозможен.

— Знаю. — Он поцеловал её. — Но ты меня любишь.