На каждый мой поцелуй и прикосновение любимая откликалась трепетанием всего тела и слабыми вздохами. Я закинул её ногу на своё бедро, и её дыхание сбилось от удовольствия.

Мои губы нашли её грудь, и меня накрыло сладким, почти молочным ароматом. Я принялся её ласкать, посасывая и покусывая нежную кожу. Мне показалось, что грудь жены стала больше и мягче, и прикасаться к ней было чистым наслаждением.

Я чувствовал, что мои движения доводят Мэй Сюэ практически до пика. Я удивился, что всё происходит так быстро, но это меня обрадовало. Я сам уже еле сдерживался. Любимая стонала без остановки, а потом её дыхание сбилось после особенно громкого «а-аах…»

Она ласково взяла мой подбородок двумя пальцами и подняла. Я взглянул в её тёмные глаза, затянутые поволокой желания.

— Бай Шу, — произнесла она совсем тихо.

— Ммм?

— … Так… медленно… Ты специально дразнишь меня?

Я усмехнулся, а она наклонилась, поцеловала меня и потянула к постели. Мы оба были готовы, и я не стал медлить.

От моих резких движений сотрясалось всё её тело, и это возбуждало ещё сильнее. Её пальцы впились в мои плечи, она вскрикнула и изогнулась, но я ещё не насытился…

Мой голод и моя тоска по ней были слишком сильны… Нежная, сладкая, такая поддатливая, и в то же время упругая… Я двигался и двигался, ощущая, как её тело сжимает меня со всех сторон. В какой-то момент напряжение стало нестерпимым, и я позволил себе расслабиться.

В глазах потемнело, и одновременно в голове вспыхнули фейерверки. От облегчения я чуть ли не рухнул на Мэй Сюэ. Я уткнулся в её волосы рядом с ухом и только и мог шептать:

— Я люблю тебя…

Она запустила пальцы в мою шевелюру, перебирая пряди, пока я пытался отдышаться.

— Ты похудел, — тихо сказала она.

Я усмехнулся в её шёлковое плечо:

— Дед гоняет на тренировках.

— Я вижу, — она коснулась пальцами моей щеки. — За тебя крепко взялись… Не забывай хорошо питаться и отдыхать…

Моя рука нашла её грудь и мягко сжала:

— Не забуду.

— Ты изголодался, — засмеялась Мэй Сюэ.

Её пальцы пробежали по моим рёбрам и скользнули по животу вниз, осторожно массируя и перебирая. Её аккуратно остриженные ногти касались разных чувствительных мест, и моё тело начало снова наливаться силой.

— Ты тоже, — выдохнул я в её губы, и мы слились в новом поцелуе.

Второй раз был уже не такой стремительно быстрый. Наши движения вошли в унисон, и мы погрузились в состояние двойной культивации. Я с удивлением заметил, что в её животе начала формироваться пятая звезда. Меня это обрадовало, поэтому я не скупился на энергию, вливая её в тело жены.

Снаружи было тихо, луна катилась по небу, и ночь близилась к завершению, но нам не было дела до того, что происходило за окном. Самое важное уже было в моих объятьях — только она, нежная и доверчивая, и её мягкое тепло, и её энергия ци, переплетёная с моей.

…Свеча на подсвечнике в углу догорела сама собой, и темнота в северных покоях стала полной.

Когда мы наконец угомонились и замерли, она, задрёмывая, лежала в моих объятьях с закрытыми глазами. Её дыхание было ровным. Моя рука лежала у неё на плече, я чувствовал, как жена дышит, и думал, что это, наверное, одна из лучших вещей на свете — слышать, как рядом спокойно дышит любимый человек.

Задолго до четырёх я поднялся. Мэй Сюэ тут же чутко открыла глаза, хотя я пытался двигаться так, чтобы её не потревожить.

— Уходишь, — тихо произнесла она и села.

— Да, — кивнул я, натягивая одежду.

Она слабо улыбнулась:

— Осторожнее на тропе. Перед рассветом бывает густой туман.

Я оделся. Она встала, закуталась в свой тонкий халат и подошла к окну. Я выбрался во двор и обернулся. Любимая стояла в оконном проёме, такая маленькая, тонкая, с распущенными волосами. У меня комок подкатил к горлу. Я совершенно не хотел уходить…

Пришлось вдохнуть и резко выдохнуть, прежде чем ко мне вернулся голос.

— Я ещё приду, — сказал я.

— Я буду тебя ждать, — тихо ответила она, поколебалась одно мгновение, и всё-таки затворила ставню.

Я пошёл через двор к ограде.

Луна успела заметно сместиться к горизонту, и тени в горах посветлели. Близился рассвет.

Я выдохнул и помчался прочь.

…В дворец я пробрался в начале пятого, когда заметно рассвело. Прошёл свой путь в обратном порядке. Скинул сапоги, лёг на кровать и вынул кусок металла, что заменял меня ночью.

Через стену через несколько мгновений за стеной зашуршал Сунь Чанцин: лёгкие шаги, шелест одежды и плеск воды в умывальнике.