— … Абар, кажется, да? Ад Абар, — с легкой ухмылкой спросил маг.

— Совершенно верно, — кивнул Ардан и, надев на лицо маску, натянутую на каркас, не позволявший определить даже очертания лица, поднялся со скамьи. Взгляд, еще недавно направленный на него сверху вниз, тут же оказался где-то на уровне чуть выше пупка Арда.

Скамьи в раздевалке магов Арены были на удивление невысокими.

— Надеюсь, ваши… работодатели не станут предъявлять мне претензий, — закончил свою мысль Синий маг.

— Можете быть спокойны, господин Шорский. Все с вами будет в полном порядке, — заверил Ардан.

Шорский что-то процедил и, накинув на плечи плащ, направился к дверям, ведущим в длинный бетонный коридор, уходящий под небольшим углом наверх — к, непосредственно, полям Арены.

Олмар Шорский, Синий маг из северных губерний, прибывший в столицу не так давно для участия в местном турнире. Собственно, не только он один. Все из-за звуковой и иллюзорных систем на Арене господина Бролида, которые позволяли огромному числу зрителей в полной мере ощутить на себе весь масштаб происходящего. Так что дуэлянты со всех уголков Империи съезжались в столицу за, разумеется, гонорарами.

Что же до лучей будущего противника, то, поскольку Ард все так же находился в «тяжелом весе», и сам Шорский располагал семью, восьмью и снова семью лучами.

Ардан посмотрел в спину низкорослого мага и чуть покачал головой. Дух здорового соперничества и даже некоего товарищества, видимо, ограничивался лишь клубом Магического Бокса непосредственно самой метрополии, потому как иногородние маги таким похвастаться не могли. Наверное, у этого имелась какая-то своя, очень логичная и правильная причина, но в данный момент Арду было на нее несколько плевать.

Он проверил, плотно ли зафиксирована маска, после чего дернул за цепочки гримуара и, переложив посох в правую руку, зашагал в сторону бетонного рукава.

Арена ликовала.

Ардан вышел из бетонного рукава в свет софитов и на мгновение оглох. Не только ушами, но и тем внутренним чутьем, которое так бережно взращивали охотники Алькады. Сердца сливались в сплошной, накатывающий волнами прибой, а трибуны, еще год назад пустовавшие на его квалификационных матчах, теперь устремлялись вверх хаотично шевелящимися, что-то неразборчиво кричащими, и машущими флагами различных губерний ярусами.

Сколько их собралось, Арди даже не брался прикидывать точно.

Несколько тысяч, если не больше. Господин Бролид сдержал слово. Звуковая и иллюзорная системы действительно превратили Магический Бокс в зрелище, ради которого люди теперь ехали через весь город под осенним дождем.

А над Ромбом, в перекрестье лучей прожекторов, застыла безумных размеров иллюзия.

Громадная, в три человеческих роста, полупрозрачная фигура Олмара Шорского медленно поворачивалась над площадкой, поблескивая нарисованными светом усами. Толпа встречала каждый ее такой оборот очередным громогласным одобрительным гулом. Рядом, чуть скромнее размером, парила вторая фигура. Человек в глухой маске немного растерянно оглядывался по сторонам. На собственное четырехметровое отражение Ард старался попросту не смотреть.

Внизу же, у подножия Ромба, за длинным столом расположились судьи, а по соседству, за стойкой с двумя Лей-микрофонами, восседали те, кого прежняя Арена не знала и вовсе. Комментаторы.

— … и-и-и вот он появляется из южного рукава, дамы и господа! — первый, раскатистый и бархатный голос, принадлежал господину Симону Вельту, человеку в белоснежном костюме и с сияющей от помады прической. — Загадка нашего сезона! Человек, чьего лица никто не видел, а вот его финт прошлого сезона с метанием посоха в нашу доблестную госпожу Агату Спри еще долго не забудут! В тяжелом весе, с личным счетом три победы при двух поражениях… Ад! Аба-а-ар!

Трибуны взорвались. Ардан, следуя настойчивым инструкциям Луция Рафта, поднял посох над головой, и рев вдруг стал вдвое гуще.

— Скажу честно, Симон, я не любитель всех этих масок и загадок! — второй голос звучал ниже и суше. Ронал Кирс, отставной боксер второй триады, отдал Ромбу, если верить ребятам из клуба, двадцать лет и… оба своих колена. — Но тактика у парня любопытная.

— Оставим загадки для матча! Рядом с ним… гость из северных губерний, гроза провинциальных сеток, человек, о чьих стеклянных садах ходят легенды от Веглинска до столицы! Олма-а-ар! Шо-о-орский!

Шорский двигался к Ромбу нарочито неторопливо, то и дело раскланиваясь на все четыре стороны. Крашеная каштановая шевелюра даже как-то выгодно оттеняла в софитах его седые усы. Трибуны ревели и ему, причем заметно резвее.

Старший судья дождался обоих магов на помосте и протянул лакированную шкатулку, где на бархате мерцали ограненные кристаллы Эрталайн. Кроваво-красные, изумрудно-зеленые и похожие на осколки вечернего неба, ярко-синие.

— Олмар Шорский! — голос северянина разнесся над Ареной через все Лей-ретрансляторы разом. — Семь Красных лучей! Восемь Зеленых! Семь Синих! Выбираю Красный, Зеленый, Синий по одному!