Шрифт:
Голос из-под капюшона впервые прозвучал напряжённо:
— Объявляй эвакуацию. Срочно.
Глава 24
— Отправляйся в дом, — сказал я Барсику, когда ящик наконец оказался во дворе. — И не высовываться. Вообще. Никому на глаза не попадаться.
«Если меня перед этим покормят, я только за, — довольно отозвался он. — Наконец-то отдохну от вечного нахождения в состоянии охоты.»
— Ты неисправим.
«Я прекрасен. Просто голодный.»
Кристина стояла рядом и смотрела то на меня, то на ящик, из которого доносилось тихое шевеление. По выражению её лица было понятно, что вопросов у неё накопилось много. Но задавать их она пока не стала, за что я был ей искренне благодарен. Сначала нужно было спрятать Барсика.
Мы с огромным трудом затащили ящик в дом, закрыли ворота, проверили двор и только потом выпустили нашего чёрного бедствия наружу. Барсик выбрался из ящика с видом оскорблённого аристократа, которого несколько часов везли в мешке с картошкой, потянулся, разминая спину, и прошёлся по комнате.
Кристина отступила на шаг, видимо впечатлившись размерами. Всё-таки одно дело — помнить, что где-то рядом существует огромная разумная пума. И совсем другое — видеть, как эта пума занимает половину комнаты и при этом смотрит на обстановку так, будто сейчас будет оценивать качество обслуживания.
— Он сильно вырос? — Кристина осторожно улыбнулась.
— Нет, просто помещение маленькое.
«И меня кормить пора.»
— Сейчас.
Запасы позволяли не мелочиться. Я открыл охлаждающий шкаф и выгреб оттуда всё, что могло заинтересовать голодного хищника: мясо, куски птицы, какую-то местную копчёность, которую мы так и не успели попробовать, и ещё пару свёртков, происхождение которых решил не уточнять. Барсик смотрел на это с благосклонностью монарха, которому наконец принесли достойную дань.
«Вот теперь можно разговаривать.»
— Сначала ешь.
«Разумная мысль. Редкость для тебя.»
Я поставил перед ним еду, и Барсик занялся делом. Быстро, сосредоточенно и без лишних церемоний. Кристина некоторое время наблюдала за ним, потом посмотрела на меня.
— Что в итоге произошло?
Я устало опустился на стул. Теперь, когда ворота дома были закрыты, Барсик был рядом, а нас никто пока не тащил к барону для объяснений, тело внезапно вспомнило, что за последние часы успело основательно вымотаться.
— Руины, где проходил второй этап, оказались не полностью очищены.
Кристина медленно прикрыла глаза.
— Кто бы сомневался…
— Да. У меня была примерно такая же реакция. В результате столкновения, видимо, были задеты какие-то древние контуры или спящие механизмы. Из-под земли начали выбираться конструкты и атаковать всё, до чего могли дотянуться.
— Они преследовали вас?
— Некоторое время. Стреляли чем-то вроде металлических штырей.
Кристина напряглась, но перебивать не стала.
— Я добрался до кареты, забрал Барсика по дороге, подобрал ещё несколько человек и въехал в город. У ворот сейчас хаос. Всех впускают, почти никого не проверяют.
— Народ не покидает город?
— Вот это я и хочу узнать.
Кристина задумчиво посмотрела в сторону окна, а я добавил:
— Мне нужно подумать. Пока не понимаю, что это могло быть.
За окнами город пытался переварить произошедшее, и получалось у него не очень. Однако за мной пока никто не пришёл, и я решил воспользоваться временем.
— Нужно провести разведку, — сказал я.
Кристина посмотрела на меня.
— Сейчас?
— Именно сейчас. Потом могут начать проверять дома, собирать участников, перекрывать улицы или задавать вопросы. А мне нужно понять, что происходит в городе.
Я поднялся в мастерскую, достал чехол с птицей и свежий кристалл. Маленький конструкт выглядел почти родным. Чёрно-серый корпус, сложенные крылья, тусклые глазки сенсоров. Я вставил кристалл, защёлкнул фиксатор и поднёс птицу к открытому окну.
[Обнаружен совместимый малый конструкт.]
[Доступно подключение.]
Я согласился, и зрение снова раздвоилось. В этот раз переход дался легче. Я видел мастерскую своими глазами и одновременно край окна глазами птицы. Переключил внимание, расправил крылья и дал команду на взлёт.
Птица сорвалась с ладони, выскользнула в окно, резко просела, поймала поток воздуха и пошла вверх вдоль стены дома. Я на секунду задержал дыхание, потом выровнял полёт и направил её над крышами.
Вид сверху давал намного больше информации. Улицы были заполнены людьми. Одни спешили к домам, другие — к площадям, третьи тащили вещи, будто уже решили бежать, но пока не понимали куда. Стражники стояли на перекрёстках, направляли движение, иногда перекрывали переулки. Возле нескольких крупных зданий собрались группы раненых и перепуганных гостей, которых привезли с внешних площадок. Причём раны были совсем не от конструктов, а полученные в результате паники.