— Много наслышан о вас, — произнес Франц Нейман, когда официант удалился за заказом.

— Я о вас знаю только то, что вас порекомендовал мистер Маркузе.

В действительности Бользен знал куда больше. Он знал даже в какой государственной службе трудятся Маркузе и Нейман. Нет, Рихарда это не смущало, помогало на расслабляться и не забывать об осторожности.

«Что знают двое, то знает свинья» — говорят немцы. А некоторые вещи так лучше даже себе самому не рассказывать. Забывать нельзя, но и вспоминать не надо.

Франц с располагающим выражением лица расспрашивал Рихарда о войне и реальном положении дел на фронте. Здесь Бользен и не пытался лакировать действительность, говорил, как есть. Не с рекрутом же разговаривает. По обмолвкам было ясно, что Нейману тоже известно многое из раздела «не для печати». Аналитик разведки имел доступ к материалам.

— Что вы думаете о перспективах Коминтерна после войны? — прозвучал главный вопрос.

Рихард отметил про себя, прощупывание закончилось, Нейман считает, что расположил к себе собеседника.

— Это зависит от перспектив Штатов.

— Они очень плохие, — прозвучало предельно откровенно. — С позиции Вашингтона и крупного капитала все очень плохо. Но у нас взгляд шире, считаем, что поражение откроет дорогу к будущему.

— Вы сегодня не разведка, а член группы интеллектуалов Франкфуртской школы.

— Вы правильно мыслите. Мы те, кто нашел в марксизме ключ к настоящему миру без классов и эксплуатации. Мы сотрудничаем с властями пока нам это нужно, так проще внедрять в общество наши идеи.

— Победа через поражение, — задумчиво ответил Рихард сцепив пальцы перед собой. — В России были люди с такими идеями. Они плохо кончили. В Германии пытались устроить революцию после разгрома, закончилось еще хуже.

— Они действовали теми же методами, что и Коминтерн, они сделали ставку на рабочих, а не на истинные угнетенные классы.

— Разумно, — Рихард не собирался спорить. — Профессор Маркузе рассказывал о методах постепенной перестройки общества. У него есть рациональное зерно.

— Глубже, Рихард. Мы не перестраиваем общество, а пробуждаем настоящего свободного человека будущего. А он уже сбросит старый мир с плеч, как шелуху. Мы только начали эту работу. Даже не сеем, а готовим почву.

Логика в словах доктора Неймана есть. Рихард видел, что все Революции заканчиваются крахом или кровавой вакханалией, людей из эксплуатируемых классов заботит ежеминутное, а не общее, они сами хотят стать капиталистами и рантье. Вдруг вспомнилось одно интересное решение по Коминтерну, продвижение героев угнетенной расы. Нет ли здесь связи? Помнится, бедолага Герберзон рассказывал о контактах на высшем уровне.

— Работа предстоит долгая. Шаг за шагом. Мы придем не к эксплуататорам, не к тоталитарным людям и подручным тиранов, а к их детям. Мы не зовем на баррикады, а только в школы. Вы же тоже работали учителем? Знаете, как это читать интерес и жажду в еще чистых глазах?

— Работал. Вы знаете, почему я ушел.

— Не хочу вас обидеть, но вы могли принести больше пользы. Кстати, вы тогда очень удачно сыграли роль эмигранта из России с несуществующим дипломом, — пальцы Неймана сплелись в колечко. — Вам повезло, что рядом не нашлось настоящих русских.

Бользен молча кивнул. Одна из его ошибок. Очень хорошо, что у Управления стратегических служб и адептов культурного марксизма нет доступа к досье Коминтерна.

— Поражение встряхнет Штаты, продвинет новых людей. Поражение даст дорогу новым идеям, — Рихард остановился и пригубил смесь спирта с лимонадами и сахаром что здесь выдавали за коктейль, пока официант расставлял ужин на столе. — Затем вы вернетесь в Старый Свет. К тому времени они ослабнут.

— Не мы, наши ученики.

— А пока вы работаете в Управлении стратегических служб. Очень удобно.

— Верно. Платят жалование, не мешают работать, приглашают высказать мнение, даже прислушиваются, — Нейман совсем не удивился осведомленности собеседника. Он знал, что работает с человеком со своими тайнами и слоями.

— Что вы мне предложите?

— Дело, разумеется. Настоящее дело, а не эти игры в скаутов и пионеров.

— Я пока на службе, демобилизация до конца войны контрактом не предусмотрена.

— Это тоже решаемо. Но пока ваша дивизия стоит во Флориде и доформировывается, у вас развязаны руки.