Но пароля-то он всё равно не знает.

Луций тупо разглядывал рыбу. Может, эта надпись — пароль? Нужно вот так просто сказать — «рыба»? Прочитанные некогда рассуждения Аристотеля, как разбирать вражескую скиталу подсказывали — это не просто слово «рыба». Похоже, что здесь сокрыто нечто большее. Это тайнопись.

Скитала — способ шифрования сообщений. Ремень оборачивали вокруг палки и процарапывали сообщение поперёк витков. Прочитать его мог тот, кто знал толщину палки. Аристотель придумал способ взлома шифра и предлагал наматывать скиталу на конус, постепенно перемещая, пока не начнёт проявляться осмысленный текст.

Луций разглядывал рыбу и ему всё больше казалось, что она очень напоминает наконечник стрелы. Он посмотрел налево, куда тот был направлен и увидел храм. Не раздумывая больше, Диоген двинул к нему. Он всё ещё не вполне отдавал отчёт, что делает, чего ищет.

Храм, обычный эллинский периптер стоял к нему спиной. Фасадом к морю. Луций обошёл его, поднялся по лестнице ко входу. Сердце, почему-то билось всё чаще.

А дальше в голове у Диогена всё перепуталось. Дым и благовония на алтаре, статуя бога, на которую надели настоящую львиную шкуру…

Всё вставало на свои места. Херсонес основали выходцы из Гераклеи Понтийской. Геракла тут почитали почти наравне с Девой.

Взгляд Луция скользил по росписи. Он пытался увидеть там знакомое лицо. Всматривался в статую.

Совсем не похож…

— Палемон… — прошептал Луций, — друг мой… Ты слышишь меня?

А ведь друг должен бы его сейчас ненавидеть.

— Палемон, прости меня… Я не хотел… Я пытался спасти её. Это была цена… Я не хотел!

Бог не отзывался. На глаза Луция навернулись предательские слёзы.

— Не оборачивайся, — вдруг услышал он у себя за спиной женский голос.

Он принадлежал Софронике. Диогена бросило в холодный пот. Он всё ещё не мог заставить себя воспринимать эту женщину, как Афину. Всякий раз она представлялась в обстановке лавки и библиотеки, совсем не похожая на богиню.

— Ну, вот, оглянулся, — в голосе Афины послышалось разочарование, — это бесполезно, ты сейчас никого не сможешь увидеть.

— Лучше вперёд смотри, — неожиданно раздался голос Палемона.

Диоген поглядел наверх, но и на потолке он никого не разглядел.

— Я это, ну, вообще хотел… Просто поговорить хотел, — косноязычно пробормотал «будущий ученик афинских риторов» еле слышно.

— Ты вслух с нами говори, можно шёпотом, — подсказал Геракл.

— Ты не поговорить хотел, а намеревался просить помощи в избавлении от слуги Ключницы. И, сам не веря в это, малодушно готов был согласиться уйти из жизни, лишь бы не стать таким, как Публий Нигидий Фигул, — мрачно заявила Афина, — что же, это благородное желание — хотеть смерти, когда не видишь иных путей, как остаться достойным человеком. Но другой путь существует, надо только найти его. Ведь способы преодоления препятствий исходят из тщательной проработки причин и следствий, приведших к беде. Только так можно достичь успеха — путём искреннего признания и исправления недостатков. Проще говоря, победа любит подготовку!

— Прекрасная мысль, — согласился с ней Геракл, — это не из стоиков?

— Нет, это нечто новое, — с готовностью пояснила Афина, — но мы отвлеклись, а стоящую перед нами задачу надо решать прямо сейчас. Не будем ходить кругами, займёмся делом! Луций Корнелий Диоген! Слушай меня, сейчас ты, как ни в чём не бывало идёшь по улице, а я подсказываю, куда повернуть.

Диоген послушно потопал в сторону рынка.

— Слушай, сосед, не делай такое лицо, — сказал Геракл, — попроще надо, а то люди коситься станут. Последний раз я видел такие лица у афинян перед Марафонской битвой, когда Афина им внушила, что на правом крыле фаланги среди них стоит дух Тесея.

В ответ Афина засмеялась. Геракл продолжал:

— Это правильно, что ты в мой храм пришёл. Мне здесь проще тебя услышать. А всем остальным не особо. Таврия — это земля спорная. Вроде бы невелика, а споров из-за неё не счесть, каждый на себя тянет. Но я сразу сказал — мои подопечные этот город основали, и я здесь буду появляться, когда посчитаю нужным! А вот Афине мешают, оттого у них в полисе и не политика, а какая-то дичь творится! Без мудрого совета оно известно как, плохо бывает!

— Куда вы меня ведёте и что мне делать? — спросил Диоген.

— Тебе надо помешать планам Ключницы, а для этого следует предупредить здешних христиан, что их ждёт большая беда, — сказал Геракл.

— Придётся заслужить их доверие, и сделать это нужно, как можно быстрее, — подвела итог Афина.

— А они же к вам в храмы не ходят, то есть не верят или не считают богами, — Диоген совсем запутался, — как же тогда их убедить, даже найти как?

— Путём исключения, — с готовностью пояснила Афина, — те, кто не ходит в наши храмы, не приносит жертв, как раз нам и нужны. А вот убедить их можно — попросишь проводить к источнику Климента, что вблизи каменоломен. Расскажешь им по дороге, что много лет занят духовными поисками, но нигде не находил истины. И вот услышал об источнике, как о настоящем чуде. Запомнил?