Поезд за спиной вздохнул, лязгнул и поехал дальше, все быстрее и быстрее набирая ход. Пару минут до напарников еще долетал стук колес. Потом и он растворился, и стало тихо. По-настоящему тихо. Аж до звона в ушах. Ни тонкого вскрика птицы, ни угрюмого завывания ветра, только все та же морось шуршала по доскам, и где-то очень далеко, в тумане, размеренно билась о что-то деревянное вода.

Арди простоял, вслушиваясь, секунд десять, прежде чем сам себя одернул. Какие бы Имена здесь ни обитали, он не хотел бы прикасаться к их осколкам.

— Капитан Пнев, — из мороси выступил человек в длинном непромокаемом плаще без знаков различия. В его опущенной вниз руке мигала масляная лампа. Лет сорока, с простым, абсолютно невыразительным лицом. — С прибытием.

— Лейтенант Гаврилов, если правильно помню, — Милар пожал протянутую руку. — Живой еще. А говорили, тебя перевели.

— Обещали перевести, — угрюмо поправил связной. — В целом, третий год уже обещают. Я рапорты о переводе пишу уже по памяти. Даже в предыдущий не заглядываю.

Он поднял фонарь, мазнул светом по лицу Арда, затем по саквояжам и снова опустил.

— Разрешение, капитан.

— Секунду, — сказал Милар и протянул бумагу.

Связной быстренько пробежался взглядом, удовлетворенно кивнул, развернулся и направился вдоль платформы к спуску, попутно светя себе под ноги.

— Ну, рассказывай, Кот, — связной шел впереди, не оборачиваясь. — Что там в столице? А то газеты сюда привозят раз в месяц, и то, по-моему, прошлогодние.

Судя по всему, Милар и их провожатый знали друг друга лично, но Ардан не спешил задавать ненужных вопросов.

— В столице дожди, — дернул плечами Милар. — И Парламент, как всегда, пытается урезать нам финансирование. Сам выбирай, что из этого новости.

— Значит, ничего не поменялось… А по жалованью что слышно на фоне этих сраных депутатских костюмов? У нас тут просто ходят слухи, что надбавку за командировки пересмотрят в большую сторону.

— Пересмотрят, — подтвердил Милар. — Но, извини, в меньшую сторону. Обещали к концу квартала, так что жди к следующему.

— Вот за что люблю столичных, — вздохнул связной. — так это за умение обнадежить… А зимнюю форму когда начнут выдавать, не в курсе? В прошлом году к первому снегу так и не успели, я весь месяц Вод в летней шинели отбегал.

— Дагдаг обещал, что в этом году успеют.

— Лейтенант Гуров в прошлом году тоже обещал, — поморщился провожатый.

— Могу только посочувствовать, — заключил Милар. — У Дагдага сейчас у самого из-за Парламентской комиссии крайне веселая жизнь.

Лестница со скользкими ступенями спустила их с платформы к воде. У короткого дощатого мостка, покачиваясь, дожидалась лодка. Широкая, низкая, с угольным котлом на корме и трубой в руку толщиной. Гаврилов первым шагнул на борт, отработанным движением сбросил чехол с котла и принялся шуровать в топке, раздувая тлевшие угли.

— Рассаживайтесь. Саквояжи можете кинуть под лавку. Там сухо.

Мотор пару раз чихнул, выплюнул в морось клуб черного дыма, и лодка отчалила от мостка.

— Кстати, капитан, — Гаврилов устроился у румпеля. — Вопрос жизни и смерти. В «Эльтире» на Маркова повар тот же?

— Тот же.

— И грибная похлебка по четвертым дням?

— По третьим теперь.

— Вот же ж… — связной покачал головой с искренним, ничем не замутненным горем. — Три года мечтаю о ней. Выберусь в столицу, обязательно забегу на обед.

Стена тумана медленно и как-то очень буднично надвигалась на них. Вблизи она оказалась совсем плотной, белесой с прозеленью. Она падала откуда-то с высоты серого неба ровным отвесом, будто кто-то провел по воде черту и запретил взвеси ее пересекать. Обычные туманы так себя не ведут…

Лодка пронзила кормой серую завесу, и мир вокруг мгновенно исчез за ее пределами.

Осталось метра три серой воды вокруг бортов, стук мотора и голоса. Гаврилов с Миларом продолжали неспешно обсуждать нюансы службы, и Арди был им за это почти благодарен. Два спокойных голоса, рассуждающих о форме и накладных, помогали лучше всякого поручня.

Пальцы кольнуло. Почти незаметно в самые подушечки, будто взялся за шерстяное одеяло в сухую погоду. Ардан прикрыл глаза. Он чувствовал стены. Высокие, глухие, немыслимо старые стены, сложенные из камня в далекие времена. Впереди их ждала крепость. Громадная и тяжелая, пришедшая откуда-то из эпохи Восстания Темного Лорда, а то и старше. Она нависала над озером где-то там, за пеленой, и ждала.

А еще… Арди понял еще один нюанс. Стену тумана создавала вовсе не Звездная магия. От печатей для ощущений Говорящего всегда тянет ровным, механическим холодком, как от работающего генератора или чего-то… мертвого. Здесь же в пелене жило нечто совсем иное. Нечто куда более живое.