— Вы хотели, капитан Пнев, спросить, как ко мне не отправили кого-нибудь сродни почившему лорду Аверскому? — усмехнулся Иван. — На тот момент, спустя всего век после восстания Темного Лорда, у Империи имелась, поверьте мне, огромная мотивация освоить то, что с таким усердием изучалось в Тазидахиане. Тем более… — господин Корносский снова затянулся и смерил Арда чуть насмешливым взглядом. — Восстание оставило Империи достаточно материалов для изучения. Ну а последующая операция «Горный Хищник» принесла мне буквально несколько тонн очень полезного био-материала. В разной степени свежести и пригодности, но, тем не менее, очень полезного.

Ардан почувствовал, как клыки и когти режут десны и пальцы, но сдержался. Только задышал чуть чаще и потратил лишнее мгновение, чтобы отодвинуть взгляд прочь от горла этого человека. Или уже не совсем человека…

— О, надо же, вы полностью контролируете инстинкты звериной сути матабар? — чуть приподнял брови Иван. — Очень занятно. Полагаю, ваш младший брат в данный момент уже был бы на полпути к моему горлу, на которое вы так усердно смотрели, я бы сказал, на полсекунды дольше положенного.

Ардан дернулся, как от пощечины. Не надо было быть дознавателем первого ранга, чтобы понять, что над ним только что, походя, поставили эксперимент. И не ради какой-то высокой цели, а просто чтобы утолить природное любопытство.

— Но, поверьте, учитывая отсутствие здесь Лей, вы бы встретили не самый приятный финал своей истории, — Иван все еще курил сигару. Одной рукой… или правильнее было бы сказать — рептильным когтем?

Его левая рука, которой он все еще держал сигару, треснула и разъехалась в две стороны. С хлюпаньем, без всякой крови, между средним и безымянным пальцами образовалась трещина, которая, на манер застежки, спустилась почти к самому локтю, обнажив ветвистый, покрытый слизью коготь, заменявший Корносскому кости.

Милар шумно сглотнул, ненадолго поднес ладонь ко рту, но удержал рвотный позыв. Ард же, после всего того, что видел в документах Тазидахиана, закрытых книгах Библиотеки и в зашифрованном дневнике Дрибы (иллюстрации, благо, шифровать не получалось), нисколько не удивился.

— Полагаю, что от человека у вас осталась только внешняя оболочка? — проскрипел он пересохшим горлом.

Иван сверкнул, видимо, типичной для Корносских улыбкой и, поднявшись с места, подошел к подоконнику. Окна, разумеется, никакого не имелось. Его заменяла простенькая картина с изображением хвойного леса, обрамленная чуть уставшими шторами.

Гранд Магистр взял графин с водой, три стакана из пяти и вернулся за стол.

— Благодарю, — кивнул Ардан и отпил немного.

Иван просто кивнул.

— На самом деле вы даже не представляете, господин Эгобар, насколько близки к истине со своей попыткой вернуть мне укол про половину ваших предков, — Иван откинулся на спинку стула и снова затянулся. — Мне пришлось буквально с нуля воссоздавать то, чем Галесс увлекался во времена войны за свою независимость. И, собственно, то, с чем тот же Тазидахиан возился уже почти четыре века. Так что у моих работ, как всем известно, есть незаметный, но существенный изъян, проявляющийся здесь…

Корносский постучал себя по виску, после чего вернул сигару обратно на жестяную банку.

— Поверьте, господа, — он обвел их взглядом глаз, которые, за все минувшее время, так и не моргнули. — Если бы я вдруг оказался в ситуации, когда мне задерживают ужин, а я немного голоден, то я бы съел вас обоих нисколько не задумываясь о моральности данного аспекта. Вернее я бы счел его недостойным логических контраргументов на тему поддержания моей оболочки в функционирующем статусе. И, собственно, можете утрировать данную позицию, сколько угодно. Для меня вы, и под «вами» я, разумеется, подразумеваю не только вас двоих, не более, чем биоматериал. Изредка способный поддержать занятную беседу, — господин Корносский кивнул на Арда. — но не более того.

Милар коротко выругался и продолжил хранить молчание.

— Поэтому вы здесь? — все же спросил Ардан.

Корносский пожал плечами… немного деревянно. Как, собственно, и все, что он делал. Будто бы Гранд Магистр не столько испытывал эмоции и, непроизвольно, как и все остальные люди, выражал их при помощи жестов, а старательно имитировал. Исключительно для удобства собеседника.

— В какой-то момент я понял, что Империя вряд ли с пониманием отнесется, если я, на каком-нибудь семинаре, вдруг вместо отбивной из говядины, съем особенно аппетитного ребенка, просто из-за того, что у него мясо нежнее и кости проще ломаются, чем у взрослой особи, — голос Гранд Магистра даже не дрогнул, а Милар уже потянулся к кобуре с револьвером. Оружие у них так и не изъяли. — Выхода, чтобы продолжать свои исследования, у меня было всего два. Либо переместиться в контролируемую государством среду, где я, случайно, не причиню вред людям, либо, в какой-то момент, окончательно потерять способность логически осмысливать происходящее и превратиться в подобие тварей Мертвых Земель. Так что я выбрал сохранение разума и, какой никакой, — Корносский взгляд указал на сигару. — но свободы.

Ардан сдержанно кивнул. Озвученное весьма укладывалось в образ, который возникал в голове при упоминании «Гранд Магистра Корносского» получившего свой медальон за исследования в области сохранения и накопления Лей-потенциала в телах живых организмов.

— А эксперименты над своим сыном вы начали уже после того, как перестали быть человеком? — внезапно проскрипел зубами Милар.

Корносский повернулся к нему все в той же механической манере, что и прежде.

— Надо полагать, что вы отец, капитан Пнев… не могу сказать, что ваша биография меня занимала, чтобы я потратил на нее больше времени, чтобы понять, что вы весьма скучны и непримечательны… но, полагаю, ваш родительский инстинкт весьма развит, раз вы экстраполируете его на мою персону. Тогда утолю ваше любопытство. Я ставил эксперимент не над, как вы выразились, сыном, а всеми своими детьми. Не делая между ними особой разницы, что, как мне кажется, с позиции разумной оценки снимает с меня оковы моральной предвзятости. Увы, из всех подопытных, уцелел только Йонатан. Что, при выборке почти в сто пятнадцать объектов, показало тупиковость данной ветви химеризации. Простите, не люблю термин мутант. Мутанты не более чем узкоспециализированные химеры.